«Жаль?»
«Что он имеет в виду?»
«Ему жаль её? Тоже?»
— Поверить не могу. — шепчет она, а слёзы начинают щипать глаза.
— Эй, послушай… — доносится его далёкий голос, но она уже убирает от лица телефон.
«Что ещё слушать?»
«Что ещё ей нужно узнать о Нём?»
— Нура, — протягивает руки Мия.
Так обидно. Так вдруг становится по-настоящему горько и пусто.
«О чём Он только думает? Что не так она сделала?!»
— Ты в порядке? — спрашивает печально Кристина.
— Что написал Рик?
— Эмм, что Итан…
— У родителей? Правильно?
— Да.
— Да, — лишь кивает девушка. — Он всем ответил. Всех успокоил. Кроме меня.
«Глупенькая… глупая идиотка Нура. Неужели думала, что, в самом деле, его покорила? Что всё будет просто, как в фильмах — любовь до гроба, свадьба, дети — радужный хэппи-энд».
«Он хотел её и получил. Внушил доверие, помогал… Когда нуждался в поддержке — она ему её дала. Он играл с ней в семью и любовь… и наигрался».
Всё что с ними было — все те моменты… обещания, слова, его глаза — всё так легко перечёркнуто чёрным толстенным маркером, ко всем чертям.
Она вновь с дырой в животе, вновь раздавлена.
Но он уже убивал её… она уже мертва.
Остаётся просто принять.
Часом ранее.
Кабинет Ричарда. Итан лежит на кушетке, отец стоит у своего письменного стола — не знает, с чего начать.
— Она… — наконец, произносит он. — Она обожала лилии. И никогда не была груба со мной, как и я с ней. Никогда. Мы были друзьями… по-настоящему, с самого начала. Душевно общались, разговаривали подолгу. Селин умела рассказывать, а я умел слушать. И я не настаивал и ничего никогда не требовал. Она одновременно приглянулась нам с Джоном, но выбрала его… это вышло само собой, и тогда я просто отступил. Он же… он же был моим младшим братом.
Итан молчит и просто пристально смотрит.
— Не стану врать, — продолжает отец. — было обидно. Но ради продолжения этого общения, я засунул ущемленную гордость подальше. Я был другим и… мы были так молоды, — срывается вдруг его голос. — Мы были счастливыми, беззаботными и свободными.
Он смотрит на сына, улыбается, глаза блестят.
— Но, он уехал. Джон.
Мы дали ему всё, приняли в семью… я принял, как родного брата! Это было сложно для меня, но, тем не менее… А он отказался ото всего, так просто.
Когда он уходил, он говорил такие вещи, что я ощутил себя вирусом — гадким, опасным, от которого нужно держаться подальше. Ему не важны были деньги, он не мечтал об обещанных акциях, чихать хотел на благосостояние и на всех нас. Я не мог поверить, что он так отзывается, ведь мы никогда не желали ему зла… Я не мог поверить, что ему вдруг стало наплевать. Наплевать на меня. Да и было ли вообще иначе хоть когда-то? Он ничего не говорил… почему, куда? Просто взял и ушёл в неизвестность… и она уехала с ним. Он забрал мою Селин с собой.
— Она не была твоей. — говорит Итан с усмешкой. — Ты — эгоист.
— Пусть так. Но я не мог тогда чувствовать иначе. И ты прекрасно можешь меня понять.
Он замолкает, а лицо сына мрачнеет.
— Откуда он взялся? — спрашивает Итан, немного устав от этой недоромантики отца. — Дед просто взял и привел его в дом? Блейк Александр Маккбрайд? Этот скупой, бесчувственный, безжалостный человек?
— Да, — кивнул Ричард, — Именно так и случилось. — развёл он руками. — Твоя бабушка оставила этот мир, когда я был совсем ребёнком… (просто проклятие семьи какое-то)… и твой дед так и не женился больше. Я был поздним, единственным (как думал до этого), важным. Он до ужаса, просто безумно был убеждён, что всем от него были нужны лишь его деньги и власть… и хотя, он позволял лишнего, сроду не мешал эту грязь с ценностями — кровь и фамилия всегда были на первом месте.
И вот, в один день, просто открываются двери, и он входит с каким-то мальчишкой за спиной. Представляет его, как моего единокровного брата… то есть, что он — его родной сын и тоже Маккбрайд. Я был в шоке, мягко сказать. Я не слышал о нём никогда, не знал абсолютно ничего, а он… Джон знал обо мне всё. Он всегда знал, кем является, что у него есть я и другая — вторая семья. Ему было восемнадцать тогда. Младше всего на год… на ровно один долбаный год. Этот…
Ричард замолк и сжал кулаки.
— Когда моя мать носила меня в своей утробе, этот старый проходимец… Он предал её. Наверное, так было всегда. Я уже и не помню, какие между ними были отношения. И вот, он позволил появиться на свет незаконнорожденному младенцу… укрыл в провинции, подальше, спрятал. Он так и не объяснил, чем мотивировался тогда… почему не признал сразу. Но он не отрёкся от него, дал фамилию, содержал. Он навещал его. А когда умерла мать Джона, забрал.
Ричард застыл… окаменел, глядя куда-то в стену.
— Я всю свою жизнь стелился перед ним… Я старался, из шкуры вон лез, безоговорочно делал, всё, что он скажет. Он растил меня приемником, учил, требовал, унижал… и я терпел, так было нужно, я понимал это. Это было правильно! Он не признавал возражений, никогда! Но появился Джонатан и твой дед… его будто подменили, с ним он вёл себя иначе.
Непослушный, избалованный свободой, этот парень сразу наплевал на дисциплину. Он не хотел учиться, не хотел носить купленную нормальную одежду. Он научил нашего повара готовить гамбургеры и притащил в особняк дворовую собаку! Он наполнил наш дом чем-то своим — причудливым, громким… светлым. Я… я не смог не проникнуться к нему. Мы почти сразу же подружились.
Он поступил в Гарвард[93]. Твой дед этого пожелал. Я уже учился там, помогал ему… это было трудно, мы много занимались. Ой, каким он был идиотом… Но, когда хотел — очень даже умел. Больше притворялся, лишь бы отвязались. Он был упёртым засранцем, но упорным. Там-то мы и познакомились с Селин. Она… — Ричард улыбнулся. — Она не была из богатой семьи. У неё вообще семьи путём не было. Жила с сестрой в Бостоне[94], прилежно училась и, когда подвернулся шанс получить гранд, она сделала это.
Они с Джоном тогда попали в одну группу и мы стали гулять вместе… я познакомил их со своими друзьями. Они стали встречаться, а я… я тоже завёл подружку. Мы с ней… Я не думал о чём-то серьёзном, мы просто веселились. А потом, вдруг, она сообщила, что беременна. — Ричард кривит губы и отводит взгляд, но потом вновь смотрит на сына. — Мне был всего двадцать один год, когда ты родился.
Итан накрыл рукой глаза. «Отлично, блять».
— Ну, конечно. Я залётный. Почему не рассказывал раньше?
— О чём? Ты не был ошибкой. Мы никогда тебя таким не считали. — поспешил уверить его отец. — Это было немного неожиданно, безусловно, но… Ты долгожданный ребёнок и родился, правда, в очень хорошее время. В самое лучшее. Для всех нас.
Итан сглатывает ком в горле:
— Ладно… Ладно, допустим. — немного смущён. — Что было дальше?
— Мы тут же поженились с Вив, — продолжил Ричард. — Ещё живот расти не начал. Твой дед настоял. И весь мир, наш с ней… вся наша жизнь перевернулась. Учёба экстерном, переезд в этот отстроенный, наконец, для всех нас дом… Я пошёл работать на фирму. Всё, чему меня учили, к чему твой дед меня готовил — я принял дела, он доверил мне управление. Мы встали бок о бок с ним, против бесчисленного множества конкурентов и завистников… Это жестокий бизнес, ты знаешь это, Итан. И я никогда не обвиню своего отца в том, что он воспитал меня таким. Это закалило меня.
Компания росла и процветала… требовала времени и сил. Я просил Джона помогать, но он не хотел. Он не доучился, бросил спустя год. Пустил всё псу под хвост. Вернулся в Чикаго. Пропадал где-то неделями, а потом оказалось, что они с Селин были вместе… Она приехала вслед за ним.
Это было уколом, но были мысли важнее — у меня были вы. Сделал вид, что меня это ни капли не волнует. Пытался объяснить ему, пытался уговорить присоединиться, а Джон лишь злился… меня это бесило. Его акции, которыми он продолжал владеть — росли в цене, как на дрожжах, а он и пальцем не ударил. Он не трогал деньги, но это было его наследство — дело всей его семьи, а ему было всё равно. Даже когда наш отец, который так его любил, просил… Он хотел видеть его рядом, там — с нами, на страницах газет, в новостях. Он хотел гордиться им… хотел гордиться больше. Но тот сопротивлялся публичности и твой дед просто принял это, отстал, и велел мне сделать то же самое. Я пахал на семью, а Джон жил своей жизнью — той, которой хотел… с Ней.
93
Гарвардский университет (Гарвард) (англ. Harvard University) — один из самых известных университетов США и всего мира, старейший вуз США. Находится в городе Кембридж (входит в состав Бостонской городской агломерации), штат Массачусетс.
94
Бо́стон (англ. Boston [ˈbɒstən] слушать) — столица и крупнейший город штата Массачусетс в США.