Заканчивалась листовка словами: «Мы поднимем восстание с оружием в руках, чтобы свергнуть царское правительство и завоевать свободу всему народу. К оружию, рабочие и крестьяне! Устраивайте тайные сходки, составляйте дружины, запасайтесь каким только можете оружием, посылайте доверенных людей для совета с Российской социал-демократической рабочей партией! Пусть первое мая этого года будет для нас праздником народного восстания, — давайте готовиться к нему, ждать сигнала к решительному нападению на тирана. Долой царское правительство!.. Да здравствует свобода рабочего и крестьянского народа, да здравствует демократическая республика и долой царское самодержавие»{184}.
Призыв большевиков нашел широкий отклик в массах.
Вот что писала газета «Социал-демократ» о майских событиях в России: «…наступило 18 апреля — первый «майский день» (по новому стилю. — К. Ш.). Уже накануне, в первый день русской пасхи, в польском городе Ченстохове во время рабочей демонстрации солдату стреляли, были кровавые жертвы. В день 18 апреля улицы Варшавы обагрились кровью сотен наших польских братьев и сестер[3]. Вслед за этим убийства повторились в Лодзи и Калише. Могучей политической забастовкой ответил на эти злодеяния варшавский пролетариат, а вслед за тем в ряде польских городов произошли частные и общие стачки, в которых рабочие вновь выставляли экономические требования, не удовлетворенные в январские и февральские дни. Кроме Варшавы, Лодзи, Ченстохова и Калиша, майские демонстрации произошли в ряде других польских городов и некоторых деревнях. В Северо-Западном крае повсюду 18 апреля бастовали еврейские рабочие, в гг. Минске, Сморгони, Пинске, (Витебск[ой] губ[ернии]), Игумне (Минск[ой] губ[ернии]) были демонстрации; в Белостоке и его округе, в Минске, Гродне, Гомеле происходили стачки рабочих разных профессий, вызванные майской агитацией.
В Сормове вскоре после 18 апреля рабочие устроили уличную демонстрацию, во время которой успешно оборонялись от полицейских и ранили нескольких из них.
Но в большинстве в России. празднование, по обыкновению, было перенесено на 1 мая по русскому стилю… Так как 1 мая приходилось на воскресенье, то предполагалось устроить во всех районах города громадные митинги, на которых должен был обсуждаться вопрос: что теперь делать русским «рабочим? В случае если на митинги придет масса, петербургские товарищи намеревались предложить устроить демонстрацию. «Группа» готовила вооружение и в этом отношении успела хорошо подготовиться. В течение 3 недель постоянно устраивались митинги у ворот фабрик и заводов и на этих митингах разъяснялся план группы и велась агитация в пользу празднования 1 мая. Можно смело сказать, что такой широкой и открытой майской агитации еще никогда и нигде не велось в России о 1 мая, о намерениях рабочих повсюду, во всех легальных газетах, в легальных обществах и союзах…»{185}.
Первомай отмечался ho всей стране. Забастовки, митинги, демонстрация прошли в Петербурге, Москве, Екатеринославе, Вильно, Ревеле, Риге, Костроме, Уфе, Баку, Самаре, Саратове, Ярославле, Ростове-на-Дону. Всего в мае в 200 городах России бастовало 220 тыс. рабочих, причем нередко дело доходило до вооруженных столкновений рабочих с войсками. Общее число забастовщиков в мае 1905 г. более чем в пять раз превысило среднее годовое число забастовщиков в России за предыдущие десять лет (1895–1904), причем более половины всех забастовщиков в мае 1905 г. выдвинули политические требования. «Громадный рост пролетарского движения, готовность многих миллионов рабочего люда вести самую упорную борьбу за улучшение своего положения, за завоевание свободы» — такой вывод сделали социал-демократы, обобщая и анализируя результаты майских событий{186}.
Майские стачки положили начало новому этапу в развитии революции в России. «Если на первом ее этапе в январе — марте 1905 г. рабочее движение представляло собой проявление стихийного негодования; взрыв которого был вызван «кровавым воскресеньем», то теперь оно было результатом постепенного осознания широкими массами российского пролетариата своих классовых задач. Отсюда особое упорство и целеустремленность стачечной борьбы, хорошая ее организация. Отсюда же активное участие в пей некогда отсталых слоев пролетариата, проявившееся, в частности, в том, что ареной этой борьбы становятся такие центры текстильной промышленности, как Иваново-Вознесенск и Лодзь»{187}.
3
Демонстрацию в Варшаве возглавил Ф. Э. Дзержинский, в ней приняло участие более 20 тыс. человек.