– Ну, это мы еще посмотрим, – произнес Кромли с суровостью истинно крутого парня. – Первым делом я хочу видеть все медицинские документы. Я отдам их на изучение настоящему эксперту, и если он обнаружит хоть намек на наличие оснований для иска, считайте, что ваша песенка спета, приятель.
– Это безнадежное дело, Даррелл.
– На вашем месте я бы уведомил своего страховщика от ошибок и упущений.
– Значит, вы собираетесь выдвинуть обвинение против коллеги?
– Чертовски верно. Если факты подтвердятся. Я делал это прежде и сделаю снова.
– Не сомневаюсь.
– Пришлите мне документы немедленно, поняли?
В этот момент к ним подошла испуганная молодая женщина и сказала:
– Говорят, что вы адвокаты.
Марк был парализован страхом и не мог рта открыть. А вот Даррелл среагировал мгновенно. Сохраняя суровый вид, он отозвался:
– Разумеется, в чем ваша проблема?
Марк отошел, оставив их наедине решать проблему.
В «Забияке» партнеры заняли самую дальнюю от скопления дневных посетителей кабинку. Марк только что поведал друзьям о своей встрече с Кромли, и они чувствовали себя так, словно из них выкачали весь воздух.
– И что теперь будет? – спросила Зола.
– Давайте предположим худшее. Наиболее вероятный сценарий состоит в том, что Кромли, просмотрев медицинские документы – отсылку которых я могу на несколько дней задержать, – передаст их другому эксперту. Если основания для иска очевидны, как говорит Кунс, Кромли очень скоро поймет, что Рамон и его бывшая жена имели чертовски хорошую перспективу выиграть дело. Поскольку преследовать по суду больницу и врачей он уже не может, ему остается преследовать только нас. Поэтому он предъявит иск на десять миллионов долларов нашей маленькой юридической фирме, и у нас не останется ни единого шанса. В какой-то момент, трудно сказать, когда именно, нас разоблачат. Он проверит списки Ассоциации адвокатов Си-Ди и узнает правду. После этого Ассоциация уведомит все суды, и начнется расследование. Наши имена значатся на десятках судебных приказов, поэтому много времени не потребуется, чтобы сложить головоломку.
– А это будет уголовное расследование? – спросила Зола.
– Да, затевая свою незаконную юридическую практику, мы ведь знали, что совершаем преступление. Не тяжкое, но тем не менее уголовное преступление.
– Не тяжкое, но и не просто уголовный проступок?[78]
– Да, все же уголовное преступление.
– Есть еще кое-что, Зола, – добавил Тодд. – Мы собирались рассказать тебе, да все не было случая.
– Ну, не тяните. Что еще?
Марк и Тодд переглянулись, и Тодд начал:
– Ну… дело в том, что в Десятом подразделении уголовного суда есть такая шустрая сообразительная прокурорша по имени Хэдли Кавинесс. Марк познакомился с ней в баре несколько недель тому назад, и они сошлись. Она, судя по всему, сходится со многими – любит разнообразие. Я как-то познакомился с ней в суде, слово за слово, и мы тоже с ней повеселились. Дважды. А утром за завтраком в пончиковой она дала мне понять, что знает все о нашей маленькой фиктивной фирме. Хэдли утверждает, будто не представляет для нас никакой опасности, поскольку умеет хранить секреты, находит все это забавным и так далее, но в нашем деле никому нельзя доверять.
– Особенно липовым адвокатам, – сказала Зола. – Мне казалось, мы договаривались ограничить внешние контакты.
– Я старался, – пробормотал Марк.
– Уж очень она привлекательна, – добавил Тодд.
– Почему вы раньше не рассказали мне об этом?
– Это случилось только на прошлых выходных, – ответил Марк. – Мы считали ее безобидной.
– Безобидной? – Зола закатила глаза. – Итак, мы имеем сообразительную милашку Хэдли как объект для размышлений и Даррелла Кромли как объект для серьезной тревоги.
– Не забывайте и Моссберга, там, в своем Чарлстоне, – напомнил Марк. – Он тот еще сукин сын, и ничто не доставило бы ему большего удовольствия, чем поджарить нас на костре.
– Блестяще! – воскликнула Зола. – Спустя всего три месяца после начала работы фирма «Апшо, Паркер и Лейн» идет на дно. – Она отпила воды и оглядела бар. Все трое долго молчали, мысленно зализывая раны и обдумывая дальнейшие действия. Наконец Зола произнесла: – Браться за дело о врачебной халатности было глупостью. Мы понятия не имели, что с ним делать, и действительно его запороли. Это и для нас катастрофа, а подумайте о Рамоне и его бывшей жене! Из-за нас они ничего не получат.
78
Уголовный проступок – нечто среднее между административным правонарушением и уголовным преступлением, например причинение легкого вреда здоровью, заражение венерической болезнью, клевета, нарушение авторских прав и незаконное предпринимательство. Проступок не влечет за собой лишения свободы и судимости.