– Вот это-то я и хочу узнать… А вот, надеюсь, и человек, который может нам все рассказать.
Дверь открылась, и молодой слуга ввел высокого, гладко выбритого человека. Выражение лица его было суровое и властное, какое бывает у людей, которым приходится укрощать буйных мальчишек или лошадей. И тех, и других было достаточно в ведении мистера Джона Мазона, и это оказалось ему по плечу. Он поклонился с холодным спокойствием и сел на стул, на который ему указал мистер Холмс.
– Вы получили мое письмо, мистер Холмс?
– Да, но оно мне ничего не объяснило.
– Это для меня слишком важное дело, чтобы я мог излагать подробности на бумаге. И слишком сложное. Я могу это сделать только лицом к лицу.
– Мы в вашем распоряжении.
– Прежде всего, мистер Холмс, я должен сказать вам, что мой хозяин, как мне кажется, сошел с ума.
Холмс поднял брови.
– Почему же вы это думаете? – спросил он.
– Знаете, сэр, если человек делает одну странную вещь, потом еще другую – это можно чем-нибудь объяснить. Но невольно начинаешь задумываться, когда странно все, что он делает. Я думаю, что ему завертели голову шоскомбский Принц и Дерби.[57]
– У вас в работе жеребец?
– Лучший в Англии, мистер Холмс. Я-то уж знаю в этом толк. Я буду откровенен с вами, мистер Холмс, потому что знаю, что вы человек чести, и все, что я скажу, не уйдет дальше этой комнаты. Сэру Роберту необходимо взять на Дерби приз. Он по горло в долгах, и это для него последний случай выпутаться. Он поставит на эту лошадь все, что смог достать, а это кругленькая сумма. Он только об этой лошади и думает. Вся его жизнь зависит от нее. Если Принц изменит, – он пропал.
– Мне это кажется очень безнадежной игрой. Но в чем же выражаются странности вашего хозяина?
– Да вам стоит только взглянуть на него. Я думаю, что он и ночей-то не спит. Он постоянно в конюшне. Глаза его бегают. Всей этой истории было слишком много для его нервов. А потом его поведение с леди Беатрисой!
– А что же в этом странного?
– Они всегда были лучшими друзьями. У них были одни и те же вкусы, и она любила лошадей не меньше, чем он. Она каждый день в определенный час ездила смотреть на них и больше всех любила Принца. А он всегда поднимал уши, когда слышал скрип колес по песку, и подбегал каждое утро к экипажу, чтобы получить кусок сахару. Но теперь всему этому пришел конец.
– Почему же?
– Да она точно потеряла всякий интерес к лошадям. Уже целую неделю, проезжая мимо конюшен, даже ни разу не сказала «С добрым утром».
– Вы думаете, что между ними произошла ссора?
– Да, и притом какая-то дикая ссора, которая озлобила их. Разве он бы иначе отдал ее болонку, которую она любила, как своего ребенка?.. Он отдал собаку несколько дней тому назад старому Бернсу, который содержит в Крэндоле «Зеленого дракона». Это в трех милях от нас.
– Да, это действительно кажется странным.
– Конечно, при ее слабом сердце и водянке нельзя было ожидать, что она будет его всюду сопровождать. Но зато он каждый вечер проводил в ее комнате два часа. Он, конечно, должен был делать для нее все, что мог, потому что она была для него редким другом. Но теперь и этому пришел конец. Он больше уже не ходит к ней. И она этим очень огорчается. Она задумчива, сердится и пьет, мистер Холмс, пьет как рыба.
– Она пила и раньше, до этой ссоры?
– Да, по стаканчику выпивала, но теперь пьет по бутылке в вечер. Так говорил мне Стефенс, их дворецкий. Все переменилось, мистер Холмс, точно все у нас пошло прахом. И вот еще: что делает хозяин по ночам в склепе старой часовни? И что это за человек встречается с ним там?
Холмс потирал руки.
– Продолжайте, мистер Мазон. Ваш рассказ становится все интереснее.
– Сам дворецкий видел, как хозяин ходил туда ночью. Было двенадцать часов, и шел дождь. На следующий день вечером я не ложился спать, и хозяин опять ушел. Мы со Стефенсом пошли за ним следом. Это было нелегко, потому что нам плохо бы пришлось, если бы он нас увидал. Он ужасный человек, когда рассердится, пускает в ход кулаки и никого знать не хочет. Поэтому-то мы и не решались подходить близко, но все-таки хорошо видели его. Он шел в склеп, а в этом склепе нечисто, сэр. Мы видели, что его там поджидал какой-то человек.
– Что это за склеп?
– Да, в парке, сэр… Там стоит старая полуразрушенная часовня. Она такая старая, что никто не может сказать, когда она построена. А под часовней склеп, сэр, про который ходит у нас плохая слава. Днем там темно, сыро и пусто, и мало найдется людей в наших местах, которые решатся пойти туда ночью. Но хозяин не боится. Он никогда в жизни ничего не боялся. Но что он там делает по ночам?..