Впоследствии сторонники Мао характеризовали Ху Фэна уже как «ревизиониста». Так, Чжоу Ян в 1965 г. говорил:
«Ху Фэн был ренегатом, который пробрался в революционные ряды и организовал антипартийную клику в революционном литературном движении левого крыла, продолжая свою контрреволюционную деятельность после освобождения… Он выдвинул целую систему ревизионистских идей в искусстве и литературе, явившись первым ревизионистом в нашем литературном движении, выдававшим себя за „марксистского литературного критика“»[609].
Как трагический парадокс маоистской действительности следует отметить, что всего год спустя после этого выступления те же обвинения были предъявлены самому Чжоу Яну.
Об аресте Ху Фэна было объявлено 2 июля 1955 г. «Дискуссия» завершилась. Вместе с Ху Фэном пострадали многие деятели культуры. Тяжело отразилась эта кампания и на интеллигенции вообще, сгустив атмосферу подозрительности и недоброжелательства, созданную предыдущими кампаниями; всё это, конечно, выбило многих работников умственного труда из рабочей колеи. Как отмечает очевидец этих событий профессор Лю Биньянь,
«1954 г. можно назвать последним годом периода нормального развития после победы китайской революции. Уже началась кампания против Ху Фэна, ставшая вехой крупнейшего исторического регресса»[610].
Однако, несмотря на постоянные встряски, испытываемые деятелями культуры в результате проведения в жизнь маоцзэдуновских установок, литература и искусство Китая, его научная мысль все эти годы не стояли на месте. Зримые ростки новой жизни, создаваемой в стране под руководством коммунистической партии, определённые успехи в экономическом строительстве, культурный обмен со странами социализма — всё это вдохновляло творческую интеллигенцию. Несмотря на постоянные многочасовые собрания, несмотря на всевозможные регламентации творческого процесса, связанные с кампаниями по «перевоспитанию», интеллигенция пыталась заниматься своим непосредственным профессиональным делом. Появлялись яркие произведения, находившие дорогу к сердцам читателей и зрителей, становились известными новые имена, развивались новые для Китая жанры искусства (балет, так называемая «разговорная» драма, кино и т. д.), проходила реформа старой классической драмы (пересмотр старого и создание нового репертуара). Коммунистическая партия вела серьёзную работу по проведению преобразований в области культуры — одного из условий перехода к социалистическому строительству. Власть группы Мао Цзэдуна ещё не была достаточно сильной, чтобы остановить этот процесс.
Излом пятый
Глава Ⅴ
«Пусть расцветают все цветы, Пусть соперничают все учёные» (1956—1957 гг.)
«Сто» или «все»?
В 1955—1956 гг. в Китае проходил усиленный процесс кооперирования. К лету 1956 г. эта работа была в основном завершена в сельском хозяйстве и охватила кустарную промышленность. Тогда же закончилось и социалистическое преобразование частной промышленности и торговли. Дальнейшее движение вперед по пути социалистических преобразований было связано с необходимостью решения сложнейших хозяйственных задач. По плану развития сельского хозяйства КНР на 1956—1967 гг. предполагалось за 12 лет увеличить валовой сбор зерна в 2—2,5 раза, хлопка — в 2—3 раза. Нужно было развивать тяжелую промышленность, в том числе такие новые отрасли промышленности, как нефтяная, химическая и пр., поднимать на более высокий уровень лёгкую промышленность, осуществлять техническую реконструкцию, повышать производительность труда и т. д.
Для выполнения такой обширной программы китайскому руководству необходимы были серьезные усилия всей — еще немногочисленной — интеллигенции. Однако в условиях запугивания и постоянных «кампаний по перевоспитанию» о полной самоотдаче работников умственного труда делу строительства не могло быть и речи, и это, естественно, не устраивало руководство. Каково бы ни было истинное отношение Мао к старой интеллигенции, он понимал, что ему без неё не обойтись — по крайней мере, на определённом этапе. И объективные потребности страны, и растущие амбиции Мао Цзэдуна, его стремление к «сногсшибательно быстрому» движению вперёд требовали особенно активного участия в работе именно людей умственного труда, в первую очередь научно-технической интеллигенции. «Сложилось новое положение, при котором интеллигенты, особенно те, кто занимает известное положение в области науки и техники, должны внести более существенный вклад в общее дело»,— настаивала «Жэньминь жибао»[611].
610
Общество и государство в Китае. Специальный выпуск. К 80‑летию Льва Петровича Делюсина. М., 2004. С. 8. (Ред.)