Теперь можно с уверенностью сказать, что Мао Цзэдун никогда не выступал против широкого, либерального толкования курса. Например, как стало известно позже, Мао Цзэдун в январе 1957 г. отверг попытки показать отрицательные стороны курса:
«После доклада товарища Лу Динъи прошло только пять месяцев, а уже толкуют о том, что в литературе наступил упадок. Разве это может произойти так быстро?».
Вспомним, что в докладе Лу Динъи имелось положение о «свободе пропаганды идеализма»; будь Мао Цзэдун не согласен с ним, разве он не мог заявить об этом? Однако он этого не сделал. В своём выступлении «К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа» Мао, задавая вопрос, «какого же курса следует придерживаться по отношению к немарксистским взглядам?», отвечал на него следующим образом:
«В отношении явных контрреволюционеров и подрывающих дело социализма элементов вопрос решается легко: их попросту лишают свободы слова. Иначе обстоит дело с подходом к ошибочным взглядам внутри народа. Можно ли запретить и не давать никакой возможности высказывать такие взгляды? Конечно, нельзя… Мы должны не запрещать им (буржуазии и мелкой буржуазии.— С. М) проявлять себя, оказывая на них давление, а разрешать им делать это и, когда они проявят себя, развертывать дискуссии, проводить соответствующую критику»[706].
Казалось бы, действительно, почему бы не разрешить всяческим мнениям «проявлять себя» и затем проводить соответствующие разъяснения? Однако дело в том, что, во-первых, на практике такие разъяснения почти не проводились, причем на этот счёт существовали даже соответствующие указания руководства. Во-вторых, одно дело — разрешение «свободного высказывания мнений» и совсем другое — активное и настойчивое стимулирование критики, любой критики в адрес марксизма, именно марксизма, который в тех условиях так трудно было защищать китайским коммунистам. А Мао Цзэдун в заключительном слове на Верховном государственном совещании в качестве одной из конкретных мер, направленных на обеспечение свободного высказывания идей, «критикующих марксизм», предлагал увеличить тираж «Цанькао сяоси» (закрытого бюллетеня, перепечатывающего материалы зарубежной буржуазной прессы, в том числе антисоветские) с 2 тыс. до 300 тыс. экземпляров, чтобы этот бюллетень по тиражу даже превосходил тираж некоторых центральных газет.
«Мы намерены,— говорил Мао о бюллетене „Цанькао сяоси“,— доводить его до уездов, для его приобретения будет необходимо лишь заплатить деньги. Каждый, кто пожелает купить это издание, будь то член партии или нет, сможет его приобрести. А если, мол, кто-нибудь подпадет под влияние этой писанины, то это ерунда, китайцев слишком много!»[707].
12 марта 1957 г. Мао Цзэдун произнес речь на Всекитайском совещании КПК по пропагандистской работе. Одним из главных пунктов речи был вопрос: «развёртывать» или «свёртывать».
«В ходе обсуждения вы, товарищи,— говорил Мао,— высказались против „свёртывания“, и я думаю, что это правильно. ЦК партии именно так и считает: нельзя „свёртывать», можно только „развёртывать“ (курсив мой — С. М.). „Развёртывать“ — значит дать людям возможность свободно высказываться, с тем, чтобы они смели говорить, смели критиковать, смели спорить; не пугаться ошибочных суждений, не пугаться ничего ядовитого; поощрять споры и критику между различными мнениями, разрешать и свободу критики, и свободу критиковать критикующего… Курсом на „развёртывание“ мы будем сплачивать многомиллионную интеллигенцию и изменять её нынешний облик»[708].
И далее:
«Мы за курс на „развёртывание“. Сейчас этого „развёртывания“ ещё мало, а не то чтобы слишком много. Не надо бояться „развёртывания“, не надо бояться критики, не надо бояться и ядовитых трав»[709].
Подобные высказывания Мао Цзэдуна дают основание утверждать, что в тот период «расцвет всех цветов» проходил строго в соответствии с «линией председателя Мао». Невозможно обнаружить различие между тем, что инкриминируется «банде Лю Шаоци», и тем, что говорил по поводу курса Мао Цзэдун. Причины этого могли быть разные: в частности, такие люди, как Тао Чжу, могли поддерживать идею «всеобщего цветения» с целью использовать предоставлявшуюся им таким образом свободу слова для критики порядков и установок маоцзэдунизма.
706
Мао Цзэдун. О новой демократии. Выступления на совещании по вопросам литературы и искусства в Яньани. О правильном разрешении противоречий внутри народа. Речь на Всекитайском совещании КПК по вопросам пропагандистской работы. Пекин, 1968. С. 226—227.
707
По словам главного редактора датской консервативной газеты «Берлингске тиденде» Бента Торндаля, этот замысел Мао Цзэдуна не просто был проведен в жизнь, но и неизмеримо перевыполнен. В статье «Китай намерен справиться в одиночку» Б. Торндаль сообщает, что тираж «Цанькао сяоси» достиг в Китае 6 млн экземпляров, подписка на него дешевая, познакомиться с тем, «что в остальном мире думают о Китае», могут многие, а если же «кому-либо в результате этого ознакомления приходят в голову странные идеи, то он может попасть в „школу 7 мая“» (т. е. на трудовое перевоспитание) [«Berlingske tidende». 29.Ⅺ.1972]. Нельзя забывать, однако, что «Цанькао сяоси» печатала далеко не всё, что «в остальном мире думают о Китае». Подборка материалов в нём была сугубо тенденциозна и использовалась маоцзэдуновцами как способ распространения, главным образом, антисоветских материалов.
708
Мао Цзэдун. О новой демократии. Выступления на совещании по вопросам литературы и искусства в Яньани. О правильном разрешении противоречий внутри народа. Речь на Всекитайском совещании КПК по вопросам пропагандистской работы. Пекин, 1968. С. 272—273.