Между тем этот отказ состоялся: выдвинув свои критерии, Мао Цзэдун тем самым недвусмысленно ограничил рамки курса. Отныне «расцветать» уже должны были не «все цветы», а только «сто цветов», т. е. некое ограниченное количество. Доходить до публики, до широкого читателя, зрителя, слушателя, отныне могли только те произведения литературы и искусства, которые признавались «ароматными», «не ядовитыми». Естественно, сразу же возникает вопрос: для кого должны быть «ароматными» эти «цветы»? Если бы речь шла о запрещении в народном государстве публикации лишь подлинно контрреволюционных произведений, порочащих строительство социализма и вредящих ему, курс «ста цветов» можно было бы признать полезным. Однако было очевидно — и практика это доказала, — что в данной ситуации под «ста цветами» разумелись только произведения, следовавшие догмам Мао и прославлявшие председателя и его «идеи». Всё остальное отвергалось как «ядовитая трава». Именно поэтому с июня 1957 г. развернулась борьба маоцзэдунистов против значительной части интеллигенции.
В первую очередь подверглись нападкам газеты и журналы, которые в период всеобщего «цветения», подчиняясь курсу на «развёртывание», предоставляли свои страницы для всякого рода критических выступлений. 10 июня в шанхайской газете «Вэньхуэй бао» появилась статья, озаглавленная «Для справки». Как стало известно позже, она была написана Яо Вэньюанем, а Мао Цзэдун переработал её в редакционную статью для «Жэньминь жибао»[718]. В статье говорилось, что газеты «Вэньхуэй бао» и «Гуанмин жибао» «в прошлом опубликовали массу хороших корреспонденции и статей. Однако основное политическое направление этих газет на короткий срок превратилось в направление, присущее буржуазной прессе.
«Обе они в течение определённого периода, используя лозунг „бай цзя чжэн мин“ и движение коммунистической партии за упорядочение стиля работы, опубликовали массу статей, которые содержали буржуазные взгляды и в которых они не собирались критиковать эти взгляды, а также много сообщений провокационного характера…».
Самокритика, с которой редакции газет выступили вскоре после опубликования этой «справки», как всегда в таких случаях, не помогла. Мао Цзэдун 1 июля писал:
«Мы считаем эту самокритику „Вэньхуэй бао“ недостаточной. Она неудовлетворительна в принципе».
В своём самокритичном выступлении члены редакции «Вэньхуэй бао», в частности, писали, что они «односторонне и неправильно поняли политическую установку партии на свободное высказывание мнений и сочли, что безоговорочное поощрение свободного высказывания мнений — это и есть помощь партии в проведении ею упорядочения стиля». Позицию газеты «Вэньхуэй бао» в месяц наиболее буйного «цветения» Мао называет «бешеным наступлением на пролетариат» и утверждает, что «её курс ставил целью развалить коммунистическую партию, учинить смуту в Поднебесной, чтобы захватить власть». Правым действительно удалось захватить лидирующие позиции в этих газетах, и некоторое время там, в самом деле, печатались материалы, направленные против социализма в Китае. Однако Мао здесь же признает, что именно позиции «непротивления злу» требовали в то время от китайской прессы партийные руководители:
«Было ли ошибкой в течение некоторого времени не публиковать или мало публиковать позитивные мнения и не подвергать ответной критике ошибочные мнения? Газета „Вэньхуэй бао“ точно так же, как и партийные газеты, в период с 8 мая по 7 июня выполняла указание ЦК КПК и действительно так поступала. Цель заключалась в том, чтобы все злые духи, вся нечисть „свободно высказала свои мнения“, чтобы „ядовитые травы“ вовсю распустились и чтобы люди посмотрели и поразились тому, что подобная нечисть, оказывается, всё ещё существует на этом свете, и приступили к искоренению зла».
И «Жэньминь жибао» подтверждала: «За период с 8 мая по 7 июня в соответствии с указанием ЦК наша газета и партийная печать почти не выступали против ошибочных взглядов», чтобы дать «ядовитым травам» возможность бурно разрастись, чтобы «народ увидел это и пришёл в ужас от таких явлений, чтобы он собственноручно мог уничтожить эту нечисть»[719]. Так кого же нужно было осуждать за то, что «ядовитая трава» так активно «вылезла наружу»,— редакцию газеты «Вэньхуэй бао» или маоцзэдуновское руководство?