Нетрудно заметать, что такие выступления по своей идейной сущности противостояли авантюристической линии Мао Цзэдуна.
В июле-августе 1961 г. на сценах китайских театров появились такие спектакли, как «Отставка Хай Жуя», «Ли Хуэйнян» и «Се Яохуань», ставшие объектом яростных нападок хунвэйбинов в период «культурной революции», квалифицировавших эти произведения, как попытку завуалированной критики Мао Цзэдуна. Циклы публицистических статей Дэн То, Ляо Моша и У Ханя, начавшие печататься в марте («Вечерние беседы у горы Яньшань») и октябре 1961 г. («Заметки из села Трёх»), содержали скрытое, но едкое осуждение маоцзэдуновской идеологии и политики (подробно об этом в последующих главах).
Выступлением против курса Мао было и проведённое в марте 1962 г. в Гуанчжоу совещание творческих работников оперных и драматических театров, на котором выступил с докладом член Политбюро ЦК КПК заместитель премьера Постоянного комитета Госсовета маршал Чэнь И[771]. Он попытался подбодрить интеллигентов, как бы извиниться перед ними за все перенесённые ими испытания. Позже ему пришлось каяться перед хунвэйбинами за это выступление. 24 января 1967 г., когда «революционные массы» (на самом деле — охмелевшие от безнаказанности юнцы) «критиковали» этого старого члена партии, Чэнь И был вынужден сказать:
«Главной ошибкой этого совещания была беспринципная поддержка, оказанная интеллигенции, переоценка её; мы не подчеркнули важность политического и идеологического перевоспитания, чем воспользовалась часть неперевоспитавшейся интеллигенции»[772].
На совещании в Гуанчжоу присутствовало свыше 200 человек, среди них были Ян Ханьшэн, Тянь Хань, Линь Моханъ и другие известнейшие деятели культуры. Чэнь И заявил, что партия относится к ним с высоким уважением, что вообще интеллигенция наряду с рабочими и крестьянами является составной частью трудового народа страны. Чэнь И, по его словам, «действовал в духе расширенного рабочего совещания ЦК от 1 января 1961 г.» (хунвэйбины впоследствии говорили, что это был «дух речи Лю Шаоци», противоречащий духу Мао Цзэдуна). В том знаменательном докладе Чэнь И сказал:
«Интеллигенция уже прошла 12 лет перековки, 12 лет испытаний, самым серьёзным из них явились тяжелые стихийные бедствия в последние годы (не мог же он прямо сказать, что самым главным испытанием были маоцзэдуновские перегибы в ходе борьбы с „правыми“! — С. А.)… Однако она не затаила обид и хочет идти за нами».
Докладчик говорил о ненормальных отношениях, сложившихся между партийными работниками и интеллигентами, о том, что нельзя на всю интеллигенцию «навешивать ярлык „буржуазной“, необходимо понять, что она является народной интеллигенцией». Чэнь И выступил против практиковавшихся в стране идеологических кампаний, поскольку «они унижают человеческое достоинство».
Впоследствии хунвэйбины с глумлением сообщали, что после речи Чэнь И в записных книжках участников совещания появились такие, например, записи:
«Слушал доклад Чэнь И, растрогался, почувствовал, что партия по-настоящему заботится о людях, понимает людей».
И в самом деле, выступления и совещания такого рода, действительно, были проявлением заботы коммунистов о положении в стране и диктовались стремлением его исправить.
«Красный» или «специалист»?
Выше упоминалось, что «Десять тезисов по литературе и искусству» предполагали правильный подход к вопросу о сочетании понятий «красный» и «специалист». Этот вопрос — один из тех оселков, на которых проверялась приверженность того или иного человека «идеям Мао Цзэдуна».
771
Чэнь И был высокообразованным китайским интеллигентом. Он выиграл чемпионское звание на всекитайских соревнованиях по игре в «вэйци» — «облавные шашки», игре близкой к «го». Будучи членом китайской делегации на переговорах по Индо-Китаю, он по прибытии в Женеву в первую очередь посетил могилу Вольтера и написал по этому поводу стихи.
772
Слова Чэнь И цитируются по материалам конференции хунвэйбинов высших и специальных учебных заведений Пекина (в мае 1967 г.).