«Нужно организовать критику как проникших в партию типичных представителей буржуазии, так и типичных реакционных буржуазных „авторитетов“ в науке, и в частности критику всевозможных реакционных взглядов в области философии, истории, политэкономии, педагогики, литературы и искусства, литературоведения и искусствоведения, теории естественных наук и т. д.»[962].
«Поимённая критика в печати» в сложившейся обстановке означала выдачу людей на расправу хунвэйбинам.
Преследованиям и «поименной критике» стали подвергаться как наиболее выдающиеся и широко известные представители интеллигенции, так и рядовые работники науки, просвещения, культуры.
Избиения и издевательства, выставление уважаемых людей на позор с бирками на груди и в дурацких колпаках, надетых на голову, даже убийства — вот «способы перевоспитания» интеллигенции юнцами-хунвэйбинами в ходе «культурной революции».
Интеллигенты во власти хунвэйбинов
Гонконгский корреспондент японской газеты «Токио симбун», ссылаясь на газету «Синьдао жибао» от 25 сентября 1967 г., писал, что в Кантоне появилась «дацзыбао», сообщавшая о самоубийстве У Ханя, Дэн То и Ляо Моша.
Были сведения, что выдающемуся китайскому пианисту, лауреату конкурса имени П. И. Чайковского Лю Шикуню хунвэйбины пытались искалечить руки.
Одного из старейших писателей, Лао Шэ, хунвэйбины заставили становиться на колени; он не мог этого сделать даже физически из-за болезни ног — его снова и снова бросали на землю. Корреспондент агентства Ассошиэйтед Пресс в октябре 1966 г. передал из Гонконга:
«Как сообщила гонконгская газета „Стар“, известный китайский писатель Лао Шэ покончил жизнь самоубийством в Пекине, потому что его преследовали молодые красные охранники…».
Проректора Пекинского университета и декана исторического факультета, старого коммуниста профессора Цзянь Боцзаня, по свидетельству очевидцев, группа молодёжи выволокла из его дома. Несмотря на протесты жены профессора, объяснявшей, что он серьёзно болен, его несколько часов держали на ногах, осыпая оскорблениями, толкая и оплевывая.
По сообщениям иностранных корреспондентов, 20 декабря 1966 г. на стадионе в Пекине в присутствии 120 тыс. человек состоялся «открытый суд» над группой руководящих работников КПК. В числе «подсудимых» были крупнейшие деятели культуры.
«Перед открытием „суда“,— сообщали корреспонденты,— присутствующие под руководством президиума коллективно читали выдержки из цитатника Мао Цзэдуна. Затем дюжие хунвэйбины в военной форме выволокли группу обвиняемых: члена ЦК КПК, заместителя председателя Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей — Линь Фэна, заместителей заведующего Отделом пропаганды ЦК КПК Чжоу Яна, Сюй Лицюаня, Линь Моханя; известного в Китае и за рубежом деятеля культуры Ся Яня; председателя Союза китайских драматургов, автора слов гимна КНР Тянь Ханя и др. Некоторые из подвергнутых публичным истязаниям — Ся Янь, Тянь Хань — люди преклонного возраста и слабого здоровья. У всех них на шее висели тяжёлые доски с надписями: „контрреволюционный, ревизионистский элемент“… В течение нескольких часов, пока шёл „суд“, по двое хунвэйбинов держали обвиняемых, выкручивали им руки и били по голове…»[963].
В знак протеста против издевательств хунвэйбинов над артистами возглавлявшегося им театра, сам измученный и оклеветанный, талантливейший трагик Чжоу Синьфан покончил с собой. Весть о смерти Чжоу Синьфана поступила через два дня после сообщения о самоубийстве супружеской пары из пекинской оперной труппы — Чэнь Сувэня и Ху Цивэй[964].
Не вынеся травли, кончали жизнь самоубийством многие рядовые интеллигенты. Сообщения о гибели людей появлялись время от времени даже в «дацзыбао». Так, в пекинской «дацзыбао» от 11 ноября 1966 г. рассказывалось о покончившем с собой студенте Чжан Ижуе. А 17 ноября по городу было расклеено отпечатанное в типографии письмо его вдовы, начинавшееся словами: «Меня зовут Сюй Фан, 4 ноября мой муж Чжан Ижуй погиб. Это — убийство, совершенное в ходе великой пролетарской культурной революции».
В одной из листовок, висевших в Пекине 24 августа 1966 г., выдвигалось предложение: представителям «реакционных классов и групп» носить на груди особые знаки…
Мао Цзэдун определённо поддерживал и вдохновлял жестокие действия и умонастроения хунвэйбинов.