«Что касается осады нанкинской газеты „Синьхуа жибао“,— говорил он в июле 1966 г.,— то я считаю, что это делать можно… Почему не разрешается брать в осаду провинциальные комитеты, редакции газет, Госсовет?».
И продолжал:
«Относительно избиения людей в радиоинституте и в Пекинском педагогическом институте. Некоторые боятся быть побитыми и просят рабочие группы защитить их. Так ведь убитых-то не было! То, что левые группировки были побиты, явилось для них закалкой».
Что это: заранее задуманное издевательство над людьми или полное отсутствие каких-либо моральных устоев?
Как «антимаоцзэдуновский элемент» был арестован всемирно известный математик, 57‑летний директор Научно-исследовательского института математики АН Китая академик Хуа Логэн (он неоднократно бывал в Советском Союзе и был хорошо знаком с советской математической школой). Агентство Сентрал Ньюс сообщило, что хунвэйбины устроили обыск в доме Хуа Логэна и обнаружили там две тетради его дневников, в которых профессор выражал недовольство маоцзэдуновским режимом. В сообщении агентства говорилось, что перед арестом хунвэйбины подвергли Хуа Логэна унижениям. Вскоре, однако, Хуа Логэн был освобождён (по-видимому, это связано с родом его занятий — математики были нужны и Мао Цзэдуну).
Был свален надгробный камень с могилы одного из крупнейших национальных художников — Ци Байши, хунвэйбины осквернили могилу оскорбительными надписями. На это было получено «благословение» Цзян Цин. По сообщению хунвэйбиновской газеты «Дунфанхун бао», супруга председателя в мае 1967 г. заявила, что, изучив картины Ци Байши, она пришла к выводу, что они не заслуживают издания «в больших альбомах». И вообще (вопрошала Цзян Цин), кто, собственно, присвоил ему звание «великого художника» и что он был за человек?
Ближайшие сподвижники хунвэйбинов — «цзаофани» — похвалялись, что разрушили надгробие матери Цюй Цюбо, одного из основателей КПК, пламенного пропагандиста марксизма в Китае, они заявляли, что готовы «наступить ногой» на могилу его вдовы[965].
«Почти в первый день „культурной революции“ в Синьцзяне я был обвинен в „ревизионизме“, избит и выгнан с работы за то, что мои родственники живут в Советском Казахстане. Надо мной нависла угроза ссылки в лагерь, куда сгоняют тех, кого подозревают в симпатии к Советскому Союзу»,— так писал бывший гражданин КНР, писатель Абдыкадыр Абдрахманов[966].
Министра сельского хозяйства КНР Ван Чжэня обвинили в том, что он кого-то из хунвэйбинов во время «дискуссии» с ними ударил. Некоторые из присутствовавших при расправе с министром пытались доказать, что это обвинение — ложное. Из отпечатанных 1 декабря 1966 г. типографским способом листовок выясняется картина «дискуссии» юных «застрельщиков культурной революции» с министром. Один из очевидцев рассказывает, что, стоя в переднем ряду группы окруживших министра хунвэйбинов, он видел, как некий Ду размахивал кулаками перед носом министра, громко крича: «Долой главаря чёрной банды Ван Чжэня!». Затем кто-то насильно повесил на шею министру Вану доску с надписью «Нечисть»; министр эту доску сорвал с себя.
«Я не видел,— замечает рассказчик,— чтобы министр Ван Чжэнь кого-либо бил. В это время кто-то крикнул: „Тащите его в министерство!“» и т. д.
На стенах домов в китайских городах можно было увидеть немало объявлений такого содержания:
«Извещение. Настоящим оповещаем, что сегодня в 14 часов в помещении Пекинской выставки состоится митинг борьбы для критики чёрного бандита Линь Моханя. Чёрные бандиты Тянь Хань и Ян Ханьшэн тоже направлены на этот митинг борьбы, поэтому не могут быть выставлены на позор во Всекитайской ассоциации работников литературы и искусства. Революционная организация ассоциации. 1.Ⅸ.1966 (вход по билетам)».
Или:
«В этом доме — собачье логово крупного черного бандита Ма Шаобо. Каждый субботний вечер и по воскресеньям он дома, революционные массы могут приходить для борьбы с ним (сентябрь 1966)».
Немало сведений о преследованиях, унижениях и истязаниях, которым в ходе «культурной революции» были подвергнуты сотни видных китайских музыкантов и других деятелей культуры, приводится в интервью бежавшего из Китая директора Пекинской консерватории, известного композитора и скрипача Ма Сыцуна[967].
Пекинский корреспондент агентства Франс Пресс Жан Венсан в августе 1966 г. сообщал:
«До сих пор я лично не видел никаких признаков оппозиции красной гвардии (так называли хунвэйбинов на Западе.— С. М.) во время поездок по Пекину, но вчера вечером я наблюдал за несколькими жестокими сценами. Недалеко от отеля „Синьцяо“ какие-то подростки не старше 15 лет вели двух людей лет 30, накинув им на шеи веревки. Судя по ссадинам и набухшим венам у этих двух, „прогулка“, очевидно, продолжалась уже в течение некоторого времени. Недалеко от ресторана „Каоя“ („Пекинская утка“ — С. М.) красногвардейцы захватили одного молодого человека, избили его и швырнули в грузовик, причём его тело упало с глухим стуком».