Проснулись реки, леса, село, степь, проснулись люди в серых одеждах — такие же, как сам горнист,
Горнист протрубил сигнал к выступлению, и солдаты пошли по освещённой солнцем дороге,
Поэт впереди всё время, значение поэзии не слабеет ни в один из периодов народной жизни. И когда начался жестокий бой, когда солдаты, покинув окопы, пошли на врага, тогда и шум боя, и грохот орудий — все звуки заглушал отрывистый, настойчивый, взволнованный звук горна, призывавший к атаке. И как раз в тот момент, когда горнист, повинуясь какому-то побуждению, по собственному почину затрубил клич победы, вражеская пуля сразила его. Никто не видел, где он упал.
И на блестящей медной поверхности горна отразилась его кровь, отразились лошади, машины и вся масса людей, нескончаемым потоком бегущих вперёд,
Вспомним поэму «К солнцу» — там поэт выступает в совершенно пассивной роли, он способен только умереть от избытка чувств. А здесь он уже частица народа, он идёт в его передних рядах, он, не раздумывая, жертвует жизнью во имя своей родины. Да, горнист погиб, но он поднял солдат на битву, он протрубил победный гимн — и читатель знает, что он погиб не напрасно, что вперёд, продолжая великую борьбу за освобождение родины, бегут массы людей, что «горн продолжает звучать». Поэтому всё это наполненное хорошим пафосом стихотворение производит возвышенное, светлое, поэтическое и, несомненно, глубоко оптимистическое впечатление.
И вообще, в этот период оптимизм становится характерной чертой творчества поэта, и мы находим его даже в стихотворениях, рассказывающих о страданиях, принесённых войной, и о варварских действиях японской армии.
Вот, например, стихотворение «Улица», написанное весной 1930 г. Автор вернулся на ту улицу, где жил раньше. Война здесь все изменила. Маленький городок полон беженцев, всё прибывавших из разных мест, раненых солдат. Вражеские самолёты совершали жестокие налёты на город, и половина его превратилась в сплошные развалины. Поэт рисует горькую картину разрушения города, рисует обездоленных, лишённых крова людей. Но жизнь непобедима, всё новые силы народа встают на защиту своей родины. Гордостью и радостью звучат последние строки стихотворения:
Вера в будущее не мешает поэту видеть страдания людей в настоящем. Стихотворения «Сон», «Поджог» с гневом и ненавистью рассказывают о бомбёжках мирных городов. Перед читателем одна за другой проходят картины страшных разрушений, безграничного человеческого горя. Вот беглая зарисовка бомбёжки (стихотворение «Сон»):
Вот результаты бомбёжки в другом месте («Поджог»):
Кровоточащей рукой указывал он на огонь, повторяя: