Пока происходит разговор двух подруг, мимо них всё время проходят попарно, маленькими и большими группами расходящиеся с демонстрации поющие люди с факелами. И эти горящие факелы как бы являются фоном разговора, определяют его направление, ни на минуту не разрешают читателю забывать о тех больших задачах, которые стоят перед молодыми людьми этой эпохи.
Тан Ни возвращается домой и пылающим факелом освещает портрет погибшего брата — факелом, «зажжённым слезами сестры»…[345] Этот факел — как эстафета спасения родины, переданная старшими младшим и принятая младшими с твёрдым намерением донести её до победного конца.
Большим событием в творческой жизни поэта явилась написанная им в 1940 г. поэма «Весть о рассвете». В 1943 г. эта поэма вместе с рядом стихотворений 1940 г. была издана в сборнике «Весть о рассвете». В поэме, в стихотворениях этого сборника нет уже и тени меланхолии интеллигента. Хотя сама поэма ещё строится не на конкретных событиях, хотя она всё ещё страдает некоторой абстрактностью образов, тем не менее это — оптимистическое, живое воспевание боевой жизни народа, его революционных устремлений, это яркое выражение надежды народа на светлое будущее. Поэт в этих стихах пишет не только о светлом, он раскрывает и тёмные стороны жизни, бичует тёмные силы, но светлое начало для него — основное, он зовёт к нему, воспевает его, радуется грядущему свету и солнцу.
Жизнеутверждающе, радостно и жарко звучит поэма «Весть о рассвете»:
Поэт знает, что у людей уже «болят глаза от напряжённого ожидания», что города и сёла пока ещё погружены в страдания; так пусть же проснутся они:
Пусть встречают рассвет с песнями и музыкой, как великий праздник, пусть поэт разбудит всех от мала до велика, всех простых людей, всех тружеников,
Рассвет для поэта уже почти осязаем, он близок, он уже совсем близок:
И снова, как в стихотворении «Горнист», показывает нам автор всю ответственность, лежащую на поэте перед лицом его народа, всю трудность и важность стоящих перед ним задач. Ведь «самый великий поэт — всегда самый честный глашатай современной ему эпохи; самое высокохудожественное произведение — всегда самая достоверная запись чувств, стремлений, интересов и т. д. породившей его эпохи»[350],— писал Ай Цин в 1939 г. В поэме много красивых, глубоко поэтических образов: так, например, танцовщицы будут встречать рассвет плясками в «утренних одеждах из белого тумана», а певцы — песнями, «написанными ароматом трав и росы»[351], и т. д.
Лирика Ай Цина целеустремлённая и действенная, красивые образы служат у него художественным средством, повышающим эмоциональное воздействие произведения, поддерживающим и усиливающим его общий светлый лирический тон. В связи с этим понятным становится, почему осуждал Ай Цин Сергея Есенина, упрекая его в пессимизме, в идеализировании старой деревни, в нежелании замечать красоту нового (стихотворение «Без мессы»)[352], хотя в то же время он очень ценил и любил этого талантливого певца русской жизни в эпоху страшного излома истории.
Ритм поэмы «Весть о рассвете» очень музыкален. Всё в ней живописно и красиво — это необходимо для песни о светлом, о солнце, о счастье. Ай Цин уверен, что форма произведения должна непременно служить его содержанию, что «поэт должен в зависимости от содержания изменять форму произведения так же, как мы в зависимости от погоды меняем свою одежду»[353].