Преп. Максим И. сравнивает ведение (ἡ γνῶσις) – с душою человека, а деятельность (ἡ πρᾶξις) – с телом, и из этой аналогии делает вывод о совершенной недостаточности одного из них, в отдельности от другого, – подобно тому, как живой человек состоит непременно из души и тела. Γνῶσις недеятельный (ἄπρακτος), не имея точки опоры и надлежащей устойчивости, ничем не разнится, от мечтаний фантазии [1876]. Равным образом и деятельность, которая не одушевлена гносисом, не имеет ни настоящего вида, ни достоинства, напоминая бездушную статую [1877].
Поэтому человек, соединивший с деятельностью «гносис», оказывается действительно сильным (в духовном отношении): деятельностью он иссушает вожделение и укрощает раздражение, а гносисом окрыляет ум и переселяет его к Богу [1878].
Но так как добродетель, будучи целью и следствием «деятельности», сама является «порождением веры и посевается в сердце» [1879], то и θεωρία ставится в ближайшую и необходимую связь с состоянием и направлением «сердца» (καρδία) [1880] [1881].
Итак, христианский «гносис» основывается на действительном обладании его высочайшим объектом, в своем объеме, содержании и достоинстве всецело определяется реальным переживанием общения с ним.
В этом отношении, как мы уже видели, на первый план выступает значение божественной любви, которая составляет основу и сущность богообщения, а также – вместе с этим и потому самому – является главным, первенствующим и основным содержанием и богопознания.
Все отношения Бога к людям и Его самооткровение им в своей основе несомненно имеют любовь [1882]. Отсюда люди прежде всего и преимущественно переживают в себе и непосредственно познают «любовь», которую имеет к ним Бог. Бог «возлюбил» людей и излил на них всю беспредельную полноту этой любви [1883]. Именно «любовь» Божия сообщается людям, становится их внутренним достоянием, живой силой, определяющей, проникающей и образующей всю их жизнь. По изображению св. Писания, полнота и изобилие любви Божией [1884] изливается на людей [1885] в виде живой и полномощной божественной силы [1886], которая и есть собственно благодать (χάρις) [1887] [1888]. Любовь Божия и есть, следов., та сторона Божественной жизни, та «сила» Божественной природы, воздействие которой на свою личную жизнь человек непосредственно воспринимает, реальное «общение» с которой он действительно переживает и которую, вследствие этого, он непосредственно ближе и больше всего познает (γινώσκει). Так. обр., и все богопознание поставляется в прямую, ближайшую и необходимую зависимость от любви. Только познавая Бога как любовь, человек получает истинное [1889] познание содержания всей Его жизни, прочих Его свойств и отношений. И это обуславливается собственно тем, что именно любовь Божия, а не какое–либо другое свойство Божественной природы, является основным началом, движущей силой, реальным принципом Божественного самооткровения. Любовь, будучи главным, основным содержанием богопознания, является вместе с тем началом познания о Боге и в гносеологическом отношении. Любовь, как этико–психическое состояние христианина, является только отражением любви Божией; именно благодаря этому свойству, человек становится подобным Богу, как рожденный подобен родившему [1890]. Отсюда религиозно–нравственное настроение христианской любви является характеристическим признаком и необходимым органом действительного участия человека в божественной жизни, а также вместе с этим и потому самому – служит и единственным, ничем незаменимым органом богопознания. Бог познается именно в силу любви, посредством любви. Следоват., любовь является основным источником и необходимым началом богопознания также и с психической, субъективной стороны. В любви и посредством любви христианин познает и созерцает в себе Первообраз и Первоисточник его любви, – всякой истинной любви вообще: ἡ ἀγάπη ἐκ τοῦ Θεοῦ ἐστίν [1891] [1892].
Если, так. обр., в міре и в отношении к людям Бог проявляет Себя прежде всего и преимущественно как любовь, то в этом нельзя не видеть ясного указания, что и в Самом Боге, во внутренней Его жизни, в Самой Его природе любовь – свойство наиболее существенное, характерное и важное.
вернуться
Такой гносис называется y него ἀνυπόστατος φαντασία.
вернуться
Умозрит. и деят. главы. VI, 88. Φιλοκαλία, σ. 421–422. Эта мысль заимствована у препод. Исаака С., по словам которого добродетель есть тело, созерцание – душа, а то и другое (в совокупности) – один совершенный человек (Λ. XXX, σ. 192). Ср. также Григорий Б. Or. XXXVIII. с. ΧΙ. T. XXXVI, col. 321D–324А. Евагрий П. Capita practic. col. 1236А. Григорий Н. In Cant Cant. H. XIII. col. 1057B.
вернуться
Dе charitatе. Cеnt. II, 28. T. XC, col. 992D: δυνατὸς ἀνὴρ, ὁ τῇ πράξει τὴν γνῶσιν συζεύξας τῇ μὲν γὰρ τὴν ἐπιθυμίαν μαραίνει καὶ τὸν θυμὸν ἡμεροῖς τῇ δὲ τὸν νοῦν πτεροῖ καὶ πρὸς Θεὸν ἐκδημεῖ. Ср. Авва Фалассий. T. ХСІ, col. 1440D. Феодор Едесский. Κεφάλαια πανωφελῆ § 96. Φιλοκαλ. σ. 1279. Препод. Феогност. Περὶ πράξεως καὶ θεωρίας § 46. Φιλοκαλ., σ. 506. Илия пресвит. (Экдик). Ἀνθολόγιον γνωμικόν, § 37. Φιλοκαλ., σ. 540. Ср. также Григорий Б. T. XXXV, col. 765В. И. Златоуст. Ноmil. in Gеnеs. T. LΙΙΙ, col. 666–667. Homil. in Ephеs. T. LXII, col. 152. In еpist. ad Colos. T. LXII, col. 364.
вернуться
Исаак C. Λ. 1, σ. 5.1 …εἶναι γέννημα τῆς πίστεως, καὶ σπείρεται ἐν τῇ καρδίᾳ.
вернуться
Cp. ibid., σ. 5. Λ. XXX, σ. 187. Λ. XLIII, σ. 261, 266. Cnfr. Климент А. Strom. Lib. I. c. XI. col. 752CD.
вернуться
Анализируя учение о γνῶσις’е, которое мы находим, с одной стороны, в св. Писании, а с другой – в святоотеческой письменности, мы находим, что последнее в общем – по существу – следует первому, хотя и пользуется при раскрытии его неизвестными св. Писанию терминами φιλοσοφία, θεολογία, πρᾶξις, – заимствованными преимущественно из философии того времени. Но в этом важного различия усматривать еще нельзя. Гораздо важнее и существеннее то наблюдение, что в патристической литературе не выдерживается иногда то учение о равноценности и нераздельности «созерцательного» и «деятельного» моментов, которое мы находим последовательно выраженным и неизменно данным в св. Писании. В святоотеческих творениях очень часто моменту θεωρία дается решительное предпочтение пред другим моментом – πρᾶξις или – по крайней мере – оба эти момента слишком резко и решительно обособляются друг от друга. Ср., напр., Евагрий. Cap. pr. col. 1221С: βίος ὁ πρακτικὸς καὶ ὁ γνωστικός. Cnfr. C. L–LI, col. 1233B: πρακτικὴ ἐστὶ, μέθοδος πνευματικὴ, τὸ παθητικόν μέρος τῆς ψυχῆς ἐκκαθαίρουσα. Οὐκ ἀρκοῦσιν αἱ ἐνέργειαι τῶν ἐντολῶν πρὸς τὸ τελείως ἰάσασθαι τὰς δυνάμεις τῆς ψυχὴς, ἐὰν μη καὶ κατάλληλοι ταύταις διαδέξωνται τόν νοῦν θεωρίαι.
Главной причиной указанного явления служило общее направление тогдашней философии, ценившей преимущественно, почти исключительно, истину теоретическую, а в основание его легло то – согласное и с духом св. Писания – учение об отношении названных моментов, согласно которому «созерцание есть спутник к горнему (συνέκδημος πρὸς τὰ ἐκεῖθεν), а деятельность – восхождение к созерцанию (ἐπίβασις). (Григорий Б. Contr. Iulian. I. с. CXIII col. 649В). Но при этом нередко забывалось, что πρᾶξις представляет собою момент во всяком случае необходимый и безусловно важный, которым пренебрегать положительно невозможно. В противном случае мы не находили бы учения о том, что, правда, хорош подвижник и деятельной добродетели, но совершеннее и выше его тот, кто посвятил себя созерцательной жизни и оставил практические занятия (κρείττων… τούτου καὶ μείζων, ὁ θεωρητικός ἐκεῖνος ὁ ἀπὸ τῶν πρακτικῶν ἐπι τὴν νόησιν ἀναδραμών… Hist. Laus. C. XLVI, col. 1130AB). Cp. И. Кассиан. Collat. 1. с. VIII. col. 492A.: principalе bonum in thеoria sola, id еst, in contеmplationе divina. Cp. col. 493A. Praеf. col. 479B. Dе coеnobior. institut lib. VIII. c. XVII, col. 345B–346A. lib. X. c. ΙΙΙ, col. 368BC. Collat. X. c. VI, col. 827. Collat. XVIII. c. VI. col. 1100–1101А. Василий B. Const. monast. с. I, Λ. 1. T. XXXI, col. 1328AB. Ефрем С. Institutio ad monachos. T. ΙΙΙ, col. 354C. Исаак С. Λ. XXX. σ. 191. И. Лествичник. Gr. XXVI, col. 1072В. Добродетель совершается при помощи тела, а благочестие и созерцание – одною душою. Немезий. Dе nat. homin. с. I. col. 513AB: τῶν δὲ καλῶν τὰ μὲν ἐστι κατὰ κοινωνίαν ψυχῆς καὶ σώματος, ἐχόντων καὶ τούτων ἐπὶ τὴν ψυχὴν τὴν ἀναφορὰν, οἷον ψυχῆς προσχρωμένης σώματι, ὡς αἱ ἀρεταί τὰ δὲ τῆς ψυχῆς αὐτῆς καθ’ ἑαυτὴν μόνης μὴ προσδεομενης σώματος, ὡς ἡ εὐσεβεια καὶ ἡ τῶν ὄντων θεωρία. Ср. Евагрий. Spirit. Sеntеntiaе. XXL col. 1269В: ὑπερῷον ψυχῆς, θεωρία ἀληθής. – В связи с этим выдвигается значение разума (νοῦς), который получает значение более важное, чем „сердце“. Ср., напр., Василий В. Homil. in illud, attеndе tibi ipsi. c. VII. T. XXXI, col. 216A, где св. отец дает совет „предоставить веру уму, иметь о Боге умственное понятие“ (τῇ διανοίᾳ ἐπιτρέψας, τὴν πίστιν, νοητὴν ἐχει τὴν περὶ αὐτοῦ κατάληψιν). Cp. Historia Lausiaca С. ХСVIII. col. 1203D: ὁ νοῦς ἀποστὰς τῆς τοῦ Θεοῦ θεωρίας κατ’ ἐννοιαν… Григорий Η. богоподобными силами души считает силы созерцательную и рассудительную, потому что именно ими постигается Божество (…τὸ θεωρητικόν τε καὶ διακριτικόν ἰδιόν ἐστι τοῦ θεοειδοῦς τῆς ψυχῆς, ἐπεὶ καὶ τὸ Θεῖον ἐν τούτοις καταλαμβάνομεν). Поэтому, если душа освободится от связи со страстями, то ничто не воспрепятствует ей созерцать прекрасное (οὐδὲν πρὸς τὴν καλοῦ θεωρίαν ἐναποδισθησεται). „Прекрасно же по своей природе Божество, с которым благодаря своей чистоте душа вступает в общение, как с свойственным ей“. Dе anima еt rеsurrеctionе. T. XLVI, col. 89B. „Бог – конец всех желаний, успокоение всех созерцаний“ (πάσης θεωρίας ἀνάπαυσις). Человек может приблизиться к Богу, сколько возможно человеческой природе, „с помощью рассудка и умозрения“ (διὰ λόγου καὶ θεωρίας), расторгнув вещество и плотское (διασχόντι τὴν ὑλην καὶ τὸ σαρκικόν τοῦτο), – это как бы облако или покрывало». Григорий Б. Or. XXL с. I–II, col. 1084ВС. В приведенных местах патристических творений очень заметно отражается учение неоплатонизма. Согласно этому последнему, «так как несовершенство души состоит в чувственной её жизни, в жизни её во плоти, в соединении её с телом и в зависимости от неё, то первым действием человека должно быть устранение этого несовершенства посредством отторжения души от всего плотского, телесного, чувственного… В таком отрицательном действии и состоит нравственное очищение, κάθαρσις. Но естественным самим по себе, проистекающим из такого очищения, положительным следствием этого отрицательного действия будет обращение души к сверхчувственному, к божественному; душа, по очищении, … получает божественные свойства божественного ума, в чем и состоит её уподобление Божеству. В этом очищении и богоподобии коренятся все добродетели» (Проф. Редкин. Соч. цит. ч. VII, стр. 457). Ср. относящееся сюда учение Платона ibid. ч. III, стр. 318, 323; ч. IV, стр. 467–468. Ср. проф. Чистович. Неоплатоническая философия и отношение её к христианству. Христ. Чт. 1860 г., ч. II, стр. 573–574). По учению Плотина, «истинная мудрость не нуждается в действиях… Деятельность происходит от недостатка созерцательности… Поэтому созерцание есть последняя цель деятельности». (Чистович. Цит. соч., стр. 577). Такое направление в греческой философии было положено Сократом. Этот последний «отожествил знание и добро, добродетель, или основал нравственность на знании добра, блага» (Проф. Редкин, Цит. соч., ч. III, стр. 69. Ср. ч. II, стр. 294). «Сократ признал абсолютом для человека, как мыслящего, разумного существа вообще, его мышление, мысль, сознанное сущее (ч. III, стр. 98). Он поставил верховным принципом ум человека, как разумного существа вообще» (ч. ІІI, стр. 203).
вернуться
Ср. 1 Иоан. III, 1. Ср. ibid. IV, 9–10.
вернуться
Ср. Иоан. I, 16 (Ср. Колос. I, 19; II, 9). Cnfr. Римл. V, 15; 2 Кор. IX, 8.
вернуться
По учению св. Апостола Павла, «органом или посредником излияния на людей любви Божией» является «Дух Святый» (Римл. V, 5), «почему эта любовь есть ἡ ἀγάπη τοῦ Πνεύματος» (Римл. XV, 30). (Проф. Мышцын. Цит. соч. стр. 155). «Живущий в людях Дух Св. и составляет основание благодати (отсюда τὸ πνεῦμα τῆς χάριτος. Евр. X, 29)». ibid., стр. 156. Ср. 2 Кор. XIII, 13.
вернуться
Отсюда тесная, существенная связь, в которую поставляются между собою у Ап. Иоанна Богослова ἀγάπη и ἀλήθεια (Ср. 1 Ин. III, 19, 18). Подробно о значении последнего термина см. в цит. диссертации Н. И. Сагарды, стр 313–315.
вернуться
«Любовь в целом объеме (без всякого определения) по своему существу имеет источник (ἐκ) в Боге, но таким образом, что связь её с источником остается постоянной и непрерывающейся (ἐστίν)». Н. И. Сагарда. Цит. соч., стр. 559.