Не выражая собою вполне и безусловно самого существа Божия [1893], «любовь» однако является несомненно важнейшим свойством существа Божия, и при том таким, в котором наиболее рельефно, полно и характерно выражается внутренняя природа Божественной жизни. Таков именно смысл апостольского выражения: ὁ Θεὸς ἀγάπη ἐστίν [1894] [1895].
Учение о том, что Бог сообщает человеку прежде всего и преимущественно именно «любовь», как существенное свойство Своей Божественной жизни, – которая в этом именно качестве и является объектом его «гносиса», – это учение вполне гармонирует и с общим святоотеческим учением о том, что в Боге сообщимы человеку именно и только существенные свойства и действия Его жизни, самая же сущность, внутренняя сторона Его природы, человеку недоступна.
Святоотеческое учение по данному предмету и в указанном смысле довольно определенно и устойчиво и раскрывается последовательно. Исходным пунктом данного учения является утверждение, что сущность вообще какого бы то ни было объекта человеку недоступна. «Непознаваема не только Божественная сущность, но и сущность души (τῆς ψυχῆς ἡ οὐσία) и природа тела (τοῦ σώματος ἡ φύσις)» [1896]. Человеку едва ли возможно точное познание даже и твари (ἡ τῆς κτίσεως ἀχριβὴς κατανόησις). Но, в сравнении с тварями, гораздо невместимее и непостижимее та природа, которая господствует над ними, и от которой они произошли. Непостижимым является не самый факт существования Бога, но «то́, что́ Он такое» [1897]. «Нет ни одного творения, которое бы имело силу воспринимать природу Создателя» [1898]. «Бога не может видеть никакая сотворенная природа, не исключая и серафимов» [1899]. По изъяснению Григория Н., в словах св. Иоанна Богослова: «Бога не видел никто никогда» [1900] решительно утверждается, что не людям только, но и всякой разумной природе недоступно ведение (γνῶσις) Божией сущности [1901]. «Природа Божия, сама в себе, по своей сущности, выше всякого постигающего мышления» [1902]. – Бог не может быть постигнут разумом [1903]. Вот почему Бога, что́ Он по природе и сущности, никто из людей никогда не находил и, конечно, не найдет [1904]. В этом отношении «Божество беспредельно и неудобосозерцаемо» [1905], «неизреченно и непостижимо» [1906]. «Сущность Божия есть то, что принадлежит одному Богу и Ему свойственно» [1907]. Эта внутренняя сторона Божественной природы, познаваемая только Им Самим, «Самою Троицею», совершенно недоступна созерцанию человека; этому созерцанию доступна только та сторона, которая «простирается» к людям [1908]. «Благость, праведность, святость и под. только сопутствуют природе Бога, но не показывают самого существа Его» [1909]. Если «само Божество, каково Оно в Своей природе, пребывает недоступным и непостижимым для человека» [1910], то «людям открываются некоторые существенные черты неизреченного естества (χαρακτὴρ δὲ τις τῆς ἀφράστου φύσεως) [1911]. Так. обр., невидимый по природе, становится видимым в действиях» [1912]. Поэтому, если «сущность Божия (ἡ οὐσία) непостижима и неизглаголанна», то «ведение благого действия нисходит и до нас» (περὶ τίνος ἀγαθῆς ἐνεργείας, ᾗς ἡ γνῶσις καὶ μέχρις ἡμῶν καταβαίνει); сюда относятся, в частности, силы (αἱ δυναστείαι), чудеса (τὰ θαύματα), дела (τὰ ἔργα) [1913].
Так. обр., если «ведению» человека и недоступно Божественное существо, то несомненно – по крайней мере, отчасти, – ему доступны существенные свойства Божественной природы, – т. е. ему доступно – в жизни и познании – причастие таких сторон Божеского бытия и жизни, которые непосредственно принадлежат существу Божественной природы, из неё проистекают и ею обуславливаются – в своем содержании и особенностях. Божественная Личность есть субстанция в идеальном смысле; в Ней внутренняя сущность неотделима от свойств, но и не сливается с ними, сообщая им реальное, качественно определенное содержание. Божественная личность проникает своим существенным содержанием каждое Божественное свойство, кладет на них свой отпечаток. Следов., в Божественной Личности различаются как бы две стороны: внутренние глубины жизни Божества, недоступные человеку, и та сторона Его существа, которая обращена к міру, – здесь разумеются проявления вовне, обнаружения и действия в міре того же Божественного Существа.
1893
Раскрытие православного учения о недоступности для человека существа Божия будет представлено нами несколько позже, по требованию стройности и систематичности изложения.
1895
Правда, автор солидного ученого исследования о Первом Послании Ап. Иоанна Богослова очень решительно утверждает, что в приведенном изречении Апостола определяется самое существо Божественной природы. См. особенно стр. 561 цит. соч.: «предикат ἀγάπη поставлен без члена и выражает не качество только, которым Бог обладает, но качество, которое обнимает все, что Бог есть: Бог не только имеет любовь, но Он есть любовь, Он всецело любовь, любовь – и ничто более; Его существо – любовь». (Ср. также ibid. стр. 304, 365, 465, 559, 561, 570, 576). Однако сам почтенный автор дает нам твердые основания полагать, что термин: «существо» принимается у него не в том строго определенном и точно фиксированном значении, в каком он обычно употребляется в метафизике. В самом деле, сопоставим приведенные уже слова со следующими: «ὁ Θεός φῶς ἐστιν есть одно из тех выражений, употребляемых Ап. Иоанном, которыми описывается собственное существо Бога: „Бог есть Дух“ (Ин. IV, 24), „Бог есть любовь“ (1 Ин. IV, 8) и „Бог есть свет“. Другие новозаветные писатели говорят о том, что́ Бог делает, какими свойствами обладает; Ап. Иоанн говорит о том, что́ Бог есть в Своем существе» (стр. 804). Однако уже то обстоятельство, что Ап. Иоанн употребляет не одно, а три наименования – ἀγάπη, φῶς, πνεῦμα, различных, одно на другое несводимых, – затрудняет, если не совершенно уничтожает, возможность понимать слова автора в строго-точном смысле. Очевидно, и по мысли «Апостола любви», ни одно из указанных понятий недостаточно для того, чтобы всецело определить существо Божие, так сказать, без остатка и сполна покрыть его. Употребляя каждое из трех приведенных выражений, Апостол имеет в виду оттенить в Божеском существе только одну из наиболее характерных его черт. К такой мысли склоняется, по–видимому, иногда и названный ученый раз он употребляет такое выражение, что «любовь происходит от Бога, из самого существа» (стр. 559). В этих словах собственно утверждается, что любовь есть существенное свойство Божественной природы, – не более. Несколько далее
Несостоятельность учения ричлианства, «полагающего существо Божие исключительно в любви, считающего любовь вполне исчерпывающей содержание Божественного существа», – крайности, односторонности и пробелы этого учения достаточно намечены в докторской диссертации
И действительно, но смыслу учения Апостола Иоанна Богослова,
1897
1898
1899
1901
1902
1903
1904
1905
1906
1907
1908
1909
1910
1912