Чем яснее и глубже человек познает величие любви Божией к нему, тем сильнее развивается в нем сознание и чувство великости и глубины своего нравственного падения, тяжести и преступности удаления от Бога; и, наоборот, чем сильнее в нем сознание собственной виновности и греховной испорченности, тем яснее ему представляется необходимость Божественной помощи и Божественного снисхождения, тем энергичнее заявляет о себе влечение к Идеалу всякого добра, в Котором он ищет восполнения своей естественной недостаточности и скудости сил, а это и есть верующая и надеющаяся любовь [2544].
Любовь побуждает человека доверчиво устремиться к Богу, потому что она уверена, что в ответ получит непременно также любовь. Поэтому то Христос сказал, что грехи прощаются только любви: «прощаются грехи её многие за то, что она возлюбила много; а кому мало прощается, тот мало любит» [2545].
Таким образом, «покаянная вера» [2546] является действительно, по самому своему существу, возвращением человека к истинной жизни [2547], ко спасению (εἰς σωτηρίαν) [2548]. Если в грехопадении человек переставил центр тяжести своего бытия и жизни с Бога на самого себя, то в состоянии «покаянной веры» он решается и стремится снова возвратить своей жизни должное направление, принести её в жертву Богу, отселе служить только Ему и более Его не оставлять [2549].
Таким образом, психологически состояние «покаяния» содержит в себе следующие моменты: 1) самоосуждение, решительное и мучительное неодобрение своей наличной действительности [2550]; 2) положительное сознание и чувство уверенности в существовании высшего идеала, как другой совершеннейшей реальности [2551]; 3) стремление к действительному изменению, коренной переработке содержания своей жизни – в смысле возможно полного согласования её с содержанием познанного Идеала.
Этот переворот в душе человека является необходимым условием и главным посредствующим моментом в в деле перехода человека из состояния невозрожденности в область собственно христианской нравственной жизни, самую сущность этого перехода, основной источный родник последующей христианской жизни. По определению И. Дамаскина, «покаяние есть возвращение от того, что́ противно природе, к тому, что согласно с природою, от диавола к Богу» [2552].
2544
В отдельных людях, соответственно их индивидуальным психическим особенностям, может брать перевес та или другая сторона покаянного настроения. В этом отношении характерен следующий рассказ из истории восточного аскетизма. Два брата, впав в грех блуда, опять вернулись в пустыню и просили отцев назначить им покаяние. Старцы заключили их на целый год, и обоим поровну давались хлеб и вода. Братья были одинаковы по виду. Когда исполнилось время покаяния, они вышли, – и отцы увидели одного из них бледным и очень печальным, а другого крепким и с ясным, светлым лицом. Отцы этим были удивлены, так как пищу и питье они принимали поровну. Поэтому спросили они печального брата: «в каких помыслах упражнялся ты в своей келье?» – «Я размышлял, сказал он, о том зле, которое я сделал, и о муке, в которую должен идти» … Спросили они и другого: «а ты о чем размышлял в своей келье?» Он сказал: «я благодарил Бога, что Он исторг меня от нечистоты этого міра и от мучений будущего века, и возвратил меня к этому ангельскому житию, и всегда помня о Боге, я радовался» (еt rеminiscеns assiduе Dеi mеi, laеtabor). Старцы сказали: «
2546
Такое обозначение анализируемого нами сложного этико–психического состояния должно быть призвано самым точным. «В чем состоит обращение? В
2549
«Отсюда добродетель покаяния христианина можно определить, как возлюбление им Бога».
2551
Поэтому μετάνοια теснейшим образом связано с обращением к Богу и к Его истине. Ср 2 Тим. II, 25. Деян. XX, 21. 2 Кор. VII, 10.
2552
Dе fidе orthodoxa. L. II, С. XXX, col. 976А: μετάνοια ἐστιν ἐκ τοῦ παρα φύσιν εἰς τὸ κατὰ φύσιν, καὶ ἐκ τοῦ διαβόλου πρὸς τὸν Θεὸν ἐπάνοδος. Ср.