В св. Писании необходимость и нормативная естественность для христиан обозначаемых данными терминами состояний обосновываются на том, что христиане по своей идее и господствующему настроению – «сыны света и сыны дня», а «не сыны ночи и тьмы» [2714]. Отсюда и их настроение должно быть приноровлено и вполне соответствовать деятельности среди белого дня, не допуская всего того, что свойственно ночной тьме, – особенно же сонливость и нетрезвость. «Ибо спящие спят ночью, и упивающиеся упиваются ночью» [2715]. Христианам же свойственны, составляют их специфическую особенность качества диаметрально противоположные – «бодрственность» и «трезвенность» [2716]. Судя по ходу речи, последнее качество включает в себя момент по преимуществу отрицательный – отсутствие опьянения, т. е. свободу от чуждых, ненормальных и неестественных влияний и условий деятельности, между тем как бодрственность прежде всего и главным образом оттеняет момент положительный, полную во всех отношениях пригодность, приспособленность и готовность сил человека к нормальной деятельности. По–видимому, эта именно мысль подтверждается словами Апостола: «мы же, будучи сынами дня, да трезвимся, облекшись в броню веры и любви и в шлем надежды спасения» [2717], – где облечение в духовную броню означает, судя по всему, именно бодрственность.
Есть основания полагать, что, напр., св. Василий Вел. разумел под «трезвением» именно устранение ненормальных условий деятельности христианской. Так, по его словам, «подвижник благочестия (ὁ ἀσκήτης τῆς εὐσεβείας) пусть имеет ввиду одно – не вкрался ли как в душу по нерадению (διὰ ῥαθυμίας) грех, не ослабели ли трезвение (ἡ νῆψις) и напряженное стремление ума к Богу» [2718]. Прежде всего должны мы всеми мерами удерживать помысл, установив за ним трезвенный надзор ума (νηφάλιον τὴν τῆς διανοίας ἐπισκοπήν) [2719].
В аскетической литературе последующего времени словом νῆψις стал обозначаться подвиг пребывания «ума» в «сердце» вообще [2720], тогда как под другими терминами мыслились уже отдельные частные и более определенные моменты его (τρόποι τῆς νήψεως) [2721] [2722].
При этом «бодрствование» ума является одним из существенных признаков подвига, называемого νῆψις [2723], вероятно, преимущественно в качестве его «положительного» момента.
«Внимание», являясь отрицанием «нерадения» (ὁλιγωρία) и «рассеянности» (διάχυσις) души [2724], выражая собою один из способов «попечения» (ἐπιμέλεια) [2725] подвижника о спасении, представляет собой в высшей степени важный, существенный, основной и начальный способ «трезвения» [2726], без которого все другие подвиги оказываются лишенными силы и значения.
В частности, «внимание» проявляется в том, что разумная сила души (ἡ νοερὰ τῆς ψυχῆς δύναμις) [2727] неослабно содержит под своим контролем сердце [2728], непрерывно надзирая за происходящим в нем [2729]. Отсюда внимание может быть определено, как «трезвенный надзор ума» за «помыслами» [2730]. По этому своему основному и характерному действию «внимание» называется «неблуждающим оком души» (ἀμετεώριστον τὸ τῆς ψυχῆς βλέμμα) [2731], «неусыпным» (ἀκοίμητον) «оком души» [2732].
Так как «внимание» своим прямым, непосредственным объектом имеет «сердце» со всеми его состояниями и переживаниями, то оно называется «сердечным вниманием» (ἡ καρδιακὴ προσοχή) [2733]. Деятельность разума, направленная на внутреннюю, глубочайшую основу человеческой жизни и поведения, прямой целью своей имеет рассмотрение подвижником своего внутреннего состояния во всех деталях, «со всех сторон» [2734], достижение возможно точного исследования и познания себя самого [2735], своего собственного религиозно–нравственного «состояния» [2736], различение в нем доброго и злого, хорошего и дурного, полезного и вредного [2737]. Отсюда для своего надлежащего осуществления и целесообразного применения «добродетель внимания» [2738] нуждается в поддержке со стороны «рассудительности» (διάκρισις, discrеtio) [2739], каковая добродетель и является, так. образ., новым, в высшей степени существенным и важным моментом «трезвения», или частнее – внимания.
2722
Интересно сопоставить след. места из
2724
2725
2737
Ibid. c. II, col. 201B. Cp.
2739
Διάκρισις (distinctio, aеstimatio, discrеtio) πνευμάτων 1 Кор. ΧΙΙ, 10: καλοῦ τε καὶ κακοῦ. Евр. V, 14; μὴ εἰς διάκρισιν διαλογισμῶν. Рим. XIV, 1. Cnfr.