– Я в растерянности, – признается она, доблестно стараясь говорить бодро. – Если не хочешь больше встречаться с доктором Хоторном, дело твое, но…
– Не хочу, – категорично заявляю я. Ноги моей больше не будет в кабинете этого «врачевателя» душ. Я лишь один раз был у него на приеме и никогда еще не чувствовал себя таким обнаженным и униженным.
– И что теперь? – не унимается мама. – Что ты думаешь делать? Объясни, пожалуйста.
Я бы с радостью, но не могу. С трудом выдавливаю из себя:
– Джунипер уже дома. Жива-здорова. Все хорошо.
Я иду прочь по коридору. Мама в молчании стоит у двери. Из своего кабинета выглядывает отец, высоко приподнимая кустистые брови.
Я закрываю дверь своей комнаты и прислоняюсь к ней. Мне не хватает воздуха. Взгляд скользит по полкам, на которых книги расставлены в алфавитном порядке, падает на стол, где царит хаос и рядом с ноутбуком лежит открытая книга – толстый справочник по лимбической системе[54]. Все здесь кажется крошечным, стены – на расстоянии вытянутой руки, будто сдвигаются вокруг меня, внезапно вызвав клаустрофобию.
Из моей комнаты есть выход на боковое крыльцо. Я мог бы выйти отсюда на дорогу и идти, идти, пока не затерялся бы в хитросплетении улиц. Ушел бы на край света.
В кармане жужжит телефон. Достаю его, смотрю на экран, на котором высвечивается: Привет!
Сообщение от Лукаса, от парня, который обедал вместе со мной всю неделю и в пятницу уговорил меня обменяться номерами. Секунду поколебавшись, я отвечаю: Привет.
Как твой прекрасный вечер?
Не очень прекрасно.
Сочувствую! Это из-за вчерашнего? Или что-то случилось??
Я смотрю на вопросительные знаки и вспоминаю его возбужденный голос. Да, печатаю я и отправляю. Через некоторое время, так и не получив ответа, смекаю, что мое «да» несколько двусмысленно, и объясняю вдогонку: Мама слишком остро отреагировала на события минувшего вечера.
Ой-ой, пишет он в ответ. Надеюсь, она кишки из тебя не выпустила?..
Нет, с этим проблем не было. Меня больше беспокоит другое: выходит, долгие годы я ошибочно судил о том, что мои родители думают обо мне. Но рассказывать об этом в шутливой переписке я не могу.
Я швыряю телефон на стол и горблюсь над ним.
Порой я недоумеваю, почему мне так трудно общаться с родителями. Явно не по тем же причинам, по которым я избегаю своих одноклассников. С ними все просто и ясно: у меня не хватает терпения. А вот родители, в моем восприятии, отгорожены от меня толстой стеклянной стеной, и пытаться вступить с ними в контакт бесполезно. То же самое, в какой-то степени, можно сказать и о моей сестре, хотя она редко приезжает домой, так что возможности для общения с ней ограничены. Диана учится на последнем курсе в Дартмуте. Она шумная и бестактная, но ее все любят. О чем бы мы с ней ни говорили, она всегда заканчивала фразой «Ах ты маленький шиза» и ерошила мне волосы.
Конечно, я шиза. Особенно в сравнении с моими абсолютно нормальными родными.
Снова жужжит мой телефон. Выгляни в окно, написано в сообщении.
В груди как-то странно екнуло. Я отдергиваю шторы: на дороге стоит пикап, в кабине горит свет.
Ты не в своем уме, пишу я. Как ты узнал мой адрес?
Случайно проезжал мимо твоего дома и увидел твою машину!!! Надеюсь, я тебя не напугал. Не хочешь покататься, поделать что-нибудь??:D
С тобой кто-то есть?
Не волнуйся, затворник! Только я.
Я смотрю на дверь и пишу: Ладно. Иду.
Я выскальзываю на крыльцо и пересекаю двор, затем оборачиваюсь и смотрю на дом. Мама с папой в гостиной, омываемые теплым светом люстры, стоят близко друг к другу, сложив руки и опустив глаза, как на похоронах. Отец проводит ладонью по лысине. Мама качает головой, потрясывая седыми кудрями.
Я невольно замедляю шаг. С моей стороны эгоистично заставлять их волноваться обо мне.
Однако до сих пор я удачно спасался бегством. Я сажусь в машину Лукаса, и мы уезжаем.
– Куда мы едем? – спрашиваю я.
– Не знаю, – отвечает Лукас. – Когда я жил в Нью-Йорке, мы с друзьями иногда садились в первый попавшийся поезд, сходили на станциях со смешными названиями и бродили там – отыскивали крошечные магазинчики и чудные рестораны. Общались с незнакомыми людьми.
54
Лимбическая система (от лат.