Помимо этого, британские силы специальных операций (Special Operations Executive, SOE, Управление специальных операций, УСО)[316] разрабатывали в 1940–1941 гг планы диверсий против бакинских нефтепромыслов и оборонных объектов СССР.
Став премьер-министром в ходе разгрома Франции, Черчилль приложил много усилий, чтобы наладить доверительное сотрудничество с Москвой в военной сфере. Но все инициативы премьера торпедировались антисоветски настроенным аппаратом военного ведомства и разведслужб. Например, только под нажимом Черчилля английские военные дали добро на посещение советским военным атташе британской танковой части в декабре 1940 года. И только в обмен на аналогичный шаг русских.
Летом 1940 года Черчилль направил в Москву нового посла Стаффорда Криппса, дав ему четкое указание делать все, чтобы заключить военный союз с СССР. Характерно и очень важно, что Черчилль (понимая зоологически антисоветские настроения британского дипломатического и разведывательного сообщества) отправил в Москву левого лейбориста, который в 30-е годы был сторонником единого антифашистского фронта с коммунистами.[317] Причем Черчилль хотел, чтобы Криппс донес мысль о союзе лично до Сталина.[318] Но посол почему-то при личной аудиенции у Сталина настолько размыто изложил инициативу британского премьера, что советский лидер счел ее обычной дипломатической вежливостью.
С апреля 1941 года англичане с помощью дешифровки немецких кодов[319] (эта операция с июня 1941 года получила кодовое наименование «Ультра») начали получать много информации о переброске немецких частей к границе с СССР. Черчилль (в отличие от британской разведки) сразу сделал вывод, что Гитлер готовит нападение на СССР и решил предупредить Сталина.
Однако специалисты по СССР в британской разведке и среди военных упорно отговаривали Черчилля. Разведчики утверждали, что коды самих русских настолько плохие, что если они начнут с их помощью передавать в войска полученную из Великобритании конкретную информацию о передвижении немецких частей, то немцы это прочтут, заподозрят неладное и сменят коды. Военные продолжали твердить, что русские все равно не выдержат удара немцев, предупреждай их или не предупреждай.
Тем не менее, Черчилль рискнул и 3 апреля 1941 года направил Криппсу для передачи лично Сталину добытую через «Ультра» информацию о передвижении к советской границе конкретных немецких дивизий (в частности речь шла о 3-ей танковой дивизии). В качестве источника был указан «агент, пользующийся доверием». Но тут Криппс пошел уже на прямой саботаж, не стал добиваться приема у Сталина, а как бы между делом передал данные заместителю наркома иностранных дел Вышинскому лишь 19 апреля 1941 года.[320] До Сталина, по всей видимости, эта важнейшая информация так и не дошла. Причем Криппс без санкции премьера угрожал Вышинскому, что Англия может заключить с Германией сепаратный мир, если СССР не вступит в войну.
Черчилль был взбешен таким поведением Криппса и даже после войны обвинял его в преступной халатности.
В отличие от Черчилля британская разведка, несмотря на однозначные данные в рамках проекта «Ультра», еще в мае 1941 года сомневалась в том, что Гитлер нападет на СССР. В то время главным аналитическим органом британского правительства был учрежденный в 1936 году Объединенный разведывательный комитет (ОРК, Joint Intelligence Committee). В него входили глава внешней разведки (МИ 6), глава контрразведки (МИ 5) и глава военной разведки министерства обороны.[321] 23 мая 1941 года ОРК пришел к выводу, что Гитлер может и не начать войну против Советского Союза.[322]
Интересно, что такую же мысль настойчиво внушал Черчиллю известный своими антисоветскими настроениями премьер польского эмигрантского правительства Владислав Сикорский. Черчилль был категорически не согласен ни с собственной разведкой, ни с Сикорским, наложив на донесение последнего резолюцию: «Меня это не убеждает. В любом случае либо война, либо силовой демарш (Германии) очень близки».[323]
10 мая 1941 года весь мир, включая Сталина, узнал по полете заместителя Гитлера Гесса в Англию.[324] Черчилль на сей раз почему-то решил не доводить до Сталина конфиденциальную информацию об этом инциденте[325]. И в Москве сильно заподозрили англичан в закулисной попытке через Гесса договориться с немцами о совместной войне против СССР.[326] Тем более, что после 1 мая 1941 года люфтваффе фактически прекратили бомбить Англию.[327]
316
Организационно подчинялись министерству экономической войны. Управление было учреждено по инициативе ставшего премьером Черчилля 22 июля 1940 года. Для маскировки управление официально именовалось Inter Services Research Bureau (Межведомственное бюро исследований)
317
В 1939 году Криппс был исключен из лейбористкой партии именно как сторонник единства действий с коммунистами.
318
Чтобы подчеркнуть важность миссии Криппса Черчилль сначала хотел направить его в Москву не как посла, а как своего личного представителя, но Сталин на это не пошел, чтобы не провоцировать немцев.
319
Дешифровкой иностранных военных и дипломатических кодов занималось специальная британская государственная организация – Government Code and Cypher School (GC&CS) в Блетчли-парке. Причем следует подчеркнуть, что вплоть до 22 июня 1941 года британцы активно пытались взломать и коды Красной Армии. До июня 1941 года англичане смогли расшифровать код немецкой шифровальной машины для шифровки радиосообщений «Энигма», которой пользовался не только вермахт, но и МИД Германии, СС и СД. Со второй половины 1940 года вермахт для передачи сообщений стратегического характера стал использовать новую шифровальную телетайпную машину – «машину Лоренца» (официальное немецкое название Schlüssel-Zusatz 40 или SZ40). Немцы называли передачу сведений с помощью «машины Лоренца» «Рыба-пила».
321
В 1939–1945 гг комитет возглавлял бывший дипломат 9-й герцог Портлэнда Виктор Кавендиш-Бентинк (он предпочитал, чтобы его назвали «Билл Бентинк»).
324
В Германии в то время ходила следующая шутка на сей счет: «Улетел коричневый волнистый попугайчик. Нашедшего просьба вернуть его рейхсканцлеру».
325
Офицеры МИб плотно допрашивали Гесса, с ним беседовали британские политики (например, известный сторонник англо-германского сближения в 30-е годы лорд Саймон).
326
На самом деле, Гесс быстро понял безрезультатность своей миссии (заключение мира между Германией и Англией на антисоветской основе) и уже 15 июня 1941 года попытался совершить самоубийство.
327
День, когда Гесс спрыгнул с парашютом над Шотландией, ознаменовал собой пик немецких бомбежек Великобритании. 10 мая 1941 года 500 немецких самолетов сбросили на Англию 711 тонн взрывчатки и 2000 зажигательных зарядов. Погибли 1212 человек, 1800 получили тяжелые ранения. Был поврежден Британский музей.