Правда, Далтон не нашел ничего лучшего как назначить представителем УСО в СССР еще одного «ветерана» русских дел бригадира Джорджа Хилла. Хилл не только был ярым антикоммунистом[336], но и довольно красноречивым болтуном, написавшем даже две книги о своей борьбе против большевиков. Не удивительно, что до войны он одно время работал администратором в нескольких театрах и вернулся на службу в разведку в 1939 году в чине майора. Он преподавал в школе УСО (причем специализировался именно на подрыве объектов), где одним из его учеников был Ким Филби.
Но в Москве возражать и вспоминать былые грехи Хилла не стали и быстро дали ему разрешение на приезд в СССР, где Хилл стал представлять УСО как глава «миссии Сэм». Лихой шпион Хилл рисковать не стал и вместо опасного самолета прибыл в Советский Союз на корабле лишь в сентябре 1941 года. В этом же месяце было подписано соглашение о сотрудничестве с НКВД по координации пропаганды и саботажа в оккупированной немцами Европе. Реальные операции по заброске советских разведчиков в Европу с территории Великобритании начались лишь в 1942 году.
Уже в конце июня 1941 года чрез Архангельск в Москву прибыла передовая группа британской военной «миссии 30», состоявшая из 9 офицеров трех родов войск во главе с генералом Ноэлем Мейсоном-Макфарлейном (позднее глава «миссии 30»). Видимо причиной выбора именно Мейсона-Макфарлена (ранее планировался другой генерал – Джонсон) стало то, что тот участвовал в англо-афганской войне 1919–1920 года (Советская Россия тогда помогала Афганистану), а в 1937–1939 гг. служил военным атташе Великобритании в Берлине. Как и Хилл, бравый генерал, видимо, был не прочь приврать – согласно рассказу Макфарлейна своему биографу, он обдумывал возможность убить Гитлера из винтовки прямо из окна своего дома на Шарлоттенбургер-шоссе, что было вполне выполнимо. Якобы генерал сообщил план организации покушения на Гитлера в Лондон, но получил отказ.
Уже 28 июня 1941 года англичан приняли начальник генштаба РККА Г. К. Жуков и его заместитель, начальник ГРУ генерал-лейтенант Ф. И. Голиков. Вскоре Голикова отправили в Лондон в качестве главы советской военной миссии в Великобритании и США.
Сложно сказать, чем Мейсон-Макфарлейн мог помочь Жукову в плане боевого опыта – в 1939–1940 гг. генерал служил начальником разведки Британского экспедиционного корпуса во Франции, и весь его боевой опыт состоял лишь в позорной и поспешной эвакуации англичан из Дюнкерка (Мейсон-Макфарлейн отвечал при этом за правый фланг), да и то состоявшейся лишь по милости Гитлера, остановившего танки Гудериана.
Генерал Макфарлейн считался в британской армии человеком «эксцентричным», склонным к драматическим жестам (отсюда видимо и бестолковые прожекты по убийству «фюрера»). Прибыв в Москву, он торжественно обещал выучить русский язык, но слова своего, естественно, не сдержал. Справедливости ради надо сказать, что Мейсон-Макфарлейн очень просил не посылать его в СССР – мол, русские с учетом его биографии заподозрят в нем шпиона.
Остальной персонал «миссии 30» в Москву явно не торопился – некоторые офицеры добирались через Кейптаун и появились в Москве лишь в начале 1942 года. На тот момент у Красной Армии было куда как больше боевого опыта в сражениях с немцами (причем частично успешного), чем у «экспертов» из «миссии 30». А опыт у большинства офицеров «миссии 30» был все тот же – они участвовали в гражданской войне на территории России на стороне белых.
Главной задачей «миссии 30» определили содействие «русскому сопротивлению» – в Лондоне все еще полагали, что победа Германии очень близка. Второй по важности целью был сбор разведанных, причем как по немцам, так и по русским.
Лидеры государств Антигитлеровской коалиции на Ялтинской конференции. 1945 г.
Англичане, правда, говорили, что готовы поделиться опытом (весьма для себя печальным) о немецкой воздушно-десантной операции на Крите (май-июнь 1941 года). Причем «миссии 30» строго приказали не распространяться о слабых сторонах самих англичан при обороне Крита. Однако Гитлер именно после Крита запретил проведение масштабных воздушно-десантных операций («фюрера» смутили неоправданно большие, по его мнению, потери немцев в ходе «операции Меркурий»). Так что критский опыт оказался бы в любом случае для Красной Армии бесполезным.
336
Хилл имел против большевиков личные материальные счеты. Его отец, Фредерик Хилл, по происхождению англичанин, родился в 1860 году в Казани и имел свой кирпичный завод. Семья Хиллов жила в Санкт-Петербурге до 1917 года. В июне 1917 года Хилл, как член миссии Королевского лётного корпуса, приехал в Россию, где в течение полутора лет якобы принимал активное участие во множестве операций британской разведки. Согласно мягко говоря сильно приукрашенным мемуарам самого Хилла, он помогал Троцкому организовать военную разведку и ВВС РККА. Вместе с Джозефом Бойлем Хилл участвовал в возвращении румынскому правительству румынских ценностей, эвакуированных в Москву во время Первой мировой войны. Как и Сидней Рейли Хилл изрядно приукрасил в написанной им книге свои «шпионские подвиги» против «красных».