– Я что, не могу зайти к тебе просто так? Расскажи про бойлер.
Напрягшись, мама проскандировала по слогам:
– Все из-за де-ком-прес-си-и. В баке низкое давление.
Маргерита чмокнула ее в щеку – оказалось, родительница пользовалась «Oil of Olaz». Она была такая миниатюрная, что смотрела на всех снизу вверх.
– Кушать будешь?
Маргерита прошла в гостиную. Кресло отца уже не стояло у книжного шкафа, а телевизор беззвучно вещал на канале «Rai Uno».
– Ну, солнышко, рассказывай.
– Просто хочу побыть тут с тобой немножко.
– Как Черчилль, который взял отгул в разгар Второй мировой?
Она присела рядышком. Она всегда притихала, если у дочери на сердце кошки скребли. Когда Маргерита была еще юной, в минуты душевного смятения мама целовала ее в макушку, теперь же, после замужества дочери, стала более осторожной в проявлениях близости: присаживалась рядом, поправляла воротник ее блузки, отряхивала рукою пальто.
– Знаешь, солнышко, хочу тебе сказать, я уже не читаю, как прежде, – сказала она, забрав из рук дочери томик Немировски, и кивнула на книжный шкаф. – Я поняла, что читала только ради твоего отца.
– Тебе было с ним так скучно?
– Наоборот, чтение нас сближало, – ответила она, поправив дочери челку. – Если ты не хочешь говорить, тогда я скажу, что с тобой.
– Да ничего, я же уже сказала.
– Если мне приснился Паннелла[4], значит, что-то не так!
– Мама! – Маргерита невольно улыбнулась. – Далась тебе эта политика!
– Я прожила жизнь с человеком, который голосовал за Берлускони[5]. Знаешь, что он мне ответил на вопрос: «Почему?»
– Ну?
– Что он за Сильвио из-за «Drive In»[6].
– Еще бы! Полуголые девицы!
– Смотри на это проще, девочка моя. – Она уселась на диван. – Полуголые девицы, как-никак, отличное развлечение!
– Бог с ним.
Мама подняла взгляд.
– Значит, у тебя проблемы с мужем.
– Не хочу об этом говорить, – и уставилась на балконную дверь. Балкон находился на одном уровне с гостиной; когда она была маленькой, отец частенько распахивал дверь настежь и разрешал ей кататься на трехколесном велосипеде туда-сюда, пока мама что-то шила, примостившись в углу. Она штопала так же, как и читала, – с точностью и скоростью хирурга, и ее заработок был ничуть не хуже, чем у мужа-железнодорожника.
– Не хочешь говорить – ну и ладно, – сказала мама, поцеловав дочь в плечо. – Но знай, что твой муж иногда сюда забегает.
– Мой муж?
– Только не говори ему об этом.
Она вышла на кухню и вернулась с двумя кусками пирога.
– Со шпинатом. Если хочешь, разогрею.
Маргерита откусила кусочек.
– И что здесь делает мой муж, когда иногда забегает?
– Перекусывает, перебирает книги на полках, иногда берет что-нибудь почитать. Он приходит по четвергам. Твои подозрения как-то связаны с четвергами?
– Да нет, дело не в четвергах.
– Все будет хорошо, солнышко.
– Зачем он сюда приходит?
– Я недурно готовлю. Но думаю, причина в твоем отце.
– Пожалуйста, не будь банальной.
– А ты не будь неблагодарной, – парировала она, положив руки на подлокотник кресла. – Кажется, ты забыла, что отец для него сделал.
– Не забыла, – перебила ее Маргерита, – но не нужно утрировать.
– Ты недооцениваешь Карло.
– Вот тут ты ошибаешься, – нервно рассмеялась она.
Они ели в тишине, как обычно, неспешно пережевывая пищу и время от времени стыдливо поднося руку ко рту. Мамина стряпня: все из хороших и простых продуктов, сдобренных легким соусом. Они доели пирог, болтая о выцветших обоях на стене, затем мама забрала тарелку и поставила на стол, подняла дочь на ноги и обняла ее.
– Это не подозрение, мама. Это молоденькая студентка.
– И что?
– Это какое-то наваждение.
Мама выгнулась дугой, чтобы посмотреть ей в глаза:
– Значит, как сказал бы Мегрэ, улик у тебя нет.
– Не нужны мне никакие улики.
– Мудрое решение, доченька, – произнесла она, постукивая указательным пальцем по груди Маргериты. – И вот что я тебе скажу: твой муж не мастак в таких делах.
– Думаешь?
– Как и твой отец.
Как и отец, который поехал в Турин на курсы повышения квалификации на три дня. Впервые он не ночевал дома, мама ей призналась, что шила и днем и ночью, пока он не явился с двумя подарками: зимней шапкой и пазлом «Яркая радуга». Он вернулся в отличном настроении с двумя презентами и с новым шарфом на шее. Когда Маргерита ушла в свою комнату, она слышала, как родители о чем-то быстро-быстро говорили. А говорили они о том, что вышло наружу лишь годы спустя: мама окрестила это недопониманием.
4
Марко Паннелла – итальянский политик и журналист, один из основателей Радикальной партии Италии.
5
Си́львио Берлускони – итальянский государственный и политический деятель, четырежды занимал должность председателя Совета министров Италии.
6
«Drive In» – итальянская телепередача, шедшая в эфире с 1983 по 1988 год, в которой принимал участие Сильвио Берлускони.