– Серьезно? – удивилась Айона, стараясь припомнить, чем именно.
– Да. Вы и остальные наши вагонные друзья наглядно показали мне, что моя жизнь катится по унылой колее. И поэтому теперь я пытаюсь свернуть с накатанного пути. Я записался на несколько образовательных курсов для взрослых!
– Великолепно, – одобрила Айона. – И что же вы изучаете?
– По вторникам я хожу в вечернюю группу разговорного русского языка, а по четвергам учусь разбирать и ремонтировать автомобильный двигатель.
– Потрясающе. Так вы сможете получить место шофера у какого-нибудь сбежавшего русского олигарха.
Дэвид пропустил ее колкость мимо ушей, что, наверное, было лучше всего.
– Наши отношения с Оливией тоже улучшаются, хотя и медленно. Я начинаю думать, что у нас с ней еще не все потеряно.
– Вот это, Дэвид, действительно хорошая новость.
– И потому мне захотелось чем-то помочь вам. Вы знаете, что я солиситор?
Айона этого не знала, но решила не подавать виду. Честно говоря, до сих пор ее не интересовало, чем занимается Дэвид. Может, кто-то из ее вагонных друзей спрашивал о его профессии? Чувство вины заставило ее закивать энергичнее, чем требовалось. Одновременно Айона сражалась с охватившей ее завистью. Дэвид был минимум на десять лет ее старше и до сих пор востребован на своей работе. Ну почему мужчины с седыми волосами и морщинами достигали gravitas[22], тогда как хорошо сохранившиеся женщины вроде нее становились незаметными?
– Я специализируюсь по контрактному и имущественному праву, – продолжал Дэвид. – Так что сам я вряд ли смогу вам помочь, если только вы не подумываете о продаже дома.
– Увы, такие мысли очень скоро могут стать реальностью, – вздохнула Айона.
– Или не стать, – парировал Дэвид. В этот момент раздался звонок в дверь. – А вот и она, как всегда вовремя.
– Дэвид, неужели вы собрались уладить мои дела? – спросила Айона вдогонку, ибо хозяин дома пошел открывать дверь.
– Совершенно верно, – ответил Дэвид, вернувшись в сопровождении миловидной женщины сорока с лишним лет. – И в этом нам поможет юрист по трудовому законодательству. Познакомьтесь с Деборой Минкс. Она работает в нашей фирме. Я взял на себя смелость и обсудил с нею вашу ситуацию. Надеюсь, вы не станете возражать.
– Думаю, что нет, – с некоторой настороженностью произнесла Айона.
– Айона, вы позволите задать вам ряд вопросов? – начала Дебора.
Эта женщина явно не любила прелюдий вроде светских бесед. Наверное, при почасовой оплате привычка говорить о пустяках отпадает сама собой. Дебора села и достала из практичного, но неказистого портфеля тоненькую папку. Портфель неплохо гармонировал с ее туфлями: такими же практичными и совершенно немодными.
– Правильно ли я понимаю, что вы не получили компенсации? – спросила Дебора.
– Да, поскольку меня уволили не по сокращению штатов. Я ведь ушла сама. Точнее, убежала, назвав главного редактора…
Дэвид поднял руку, давая понять, что эпитеты к делу не относятся.
– В нашем понимании это трактуется не как увольнение по собственному желанию, а как вынужденное, совершенное под давлением работодателя. Подтверждаете ли вы, что в сложившейся ситуации просто не могли оставаться на занимаемой должности?
Дебора посмотрела нее поверх очков. Айона снова кивнула.
– Можете ли вы подтвердить, что обстановка на работе стала совершенно невыносимой и что вы ощущали на себе дискриминацию по возрасту?
– Точняк, – вырвалось у Айоны.
Чем более серьезные и взрослые вопросы задавала ей Дебора, тем сильнее Айона ощущала себя подростком и отвечала, используя лексикон Марты.
Дэвид принес блюдо бисквитно-шоколадного печенья с начинкой из джема. Взяв печенюшку, Дебора аккуратно надкусила ее и тут же положила на блюдце. Айона восхищалась сверхъестественным самообладанием собеседницы и ее умением сосредоточиваться на деле. Черт с ними, с туфлями, такую женщину хорошо иметь в друзьях.
– Возможно, вы ощущали какие-либо манипуляции со стороны руководства, подталкивавшие вас к уходу?
Айона вспомнила, как швырнула в Эда свой шнурок с бейджем и как многозначительно главный редактор подмигнул кадровичке Бренде.
– Да, было такое. Но поймите, Дебора: я не хочу идти в суд. Мне невыносима сама мысль, что снова придется тратить свое драгоценное время на этого…
Дэвид опять поднял руку. Он явно отличался повышенной чувствительностью.
– Вряд ли понадобится доводить дело до суда, – сказала Дебора. – Подозреваю, они охотно пойдут на мировую, чтобы избежать нежелательной огласки. Мы всего лишь попросим, чтобы вам заплатили деньги, которые вы честно заслужили после… Сколько лет вы проработали в журнале?