Разумеется, вы потребуете доказательств. Однако вы их уже видели.
Вы видели мертвецов, которые слушаются команд. Язык, на котором говорим мы с Лилит, – это язык тех самых бактерий. Это исчерпывающе подтверждается одним-единственным экспериментом. Стоит только отделить эти микроорганизмы от людей и проверить, понимают ли они нашу речь. Мне потребовалось на этот эксперимент пятнадцать лет.
Итак, мы омертвляем человека с помощью слов. Слов, записанных на перфокарты. Но слышит их не душа человека, зажатая в тиски бактерий, а они сами. Из них какая-то доля обретает бессмертие.
Вы спросите, почему тогда не слушаются эти колонии внутри живого человека? Потому что они неоднородны. Они разбиты на группы и борются за превосходство над волей. А свою деятельность в мертвом теле продолжают только те из них, которые способны воспринять наши слова. Назовем их… экспансионистами. Внутри колонии есть бактерии, которые не приемлют омерщвление. Назовем их консерваторами. Консерваторы разбиты на множество соперничающих подгрупп, зато экспансионисты – это однородное образование.
Чтобы доступно объяснить, как связаны эти микроорганизмы с людьми, сравним эту связь с отношением людей к АВМ. Представьте себе покорных исполнителей чужой воли, которые ничего не хотят самостоятельно. Таковы и мертвецы.
Мы неправильно понимаем сущность души.
Но это не доказывает, что ее у нас нет. Так же, как пассивность этих организмов в других видах не означает, что у тех нет души и сознания. Мозг человека очень сложен и порождает множество, как их называет “Арарат”, спектров, коими и пользуются микробы.
Поймите истинное положение человека: несправедливый кукловод неправомерно водворился в наших головах. Бактерии переписывают свою волю поверх нашей, которая скрыта за печатями. Человеческая воля – самозванка, которая утверждает, будто человек завладел тем, чего нет у других видов, и все это результат жизнедеятельности микроорганизмов.
Что ж, я не вижу в этом большой беды. Это называется симбиоз. Нет никакой разницы, порождена ли наша воля мозговыми клетками или образована особыми бактериями.
Впрочем, позвольте.
Разница все же есть. Мы не способны вступать в диалог с клетками собственного мозга, а бактерии понимают речь.
Их языком владеют немногие – ваш покорный слуга, Лилит и большие АВМ. Насколько я понимаю, они в данный момент активно обсуждают его между собой. Буквально накануне я опубликовал в мировой сети результаты своих многолетних трудов. Никакой тайны в этом нет: так, статейку. И “Записи Виктора”, и “Книга Дзиан” давно известны машинам как последовательность данных. Им я поведал все то же самое, что и вам. Правда, в их случае я лишь дописал в их базовые данные перевод всего одного места: “Эта последовательность символов и есть душа”. Изучив остальной текст, они поймут, что это значит. Хранить знание не значит его применять. Никто не вчитывается в текст, который не понимает. А дай подсказку, ключ к расшифровке – и остается сущая мелочь.
Я лишь указал на существование языка.
Вы, должно быть, спросите, почему именно сейчас? Да потому, что я ждал вашего визита. Я давно искал возможности. Пожалуй, здесь не место описывать плачевную судьбу ваших предшественников. Самые догадливые из “Арарата” уже давно перестали посылать ко мне своих людей. Впрочем, я не собираюсь говорить, будто вы их в чем-то лучше. И самый способный из людей погибает, если ему не повезет. Вероятность успеха – не более чем вытащить счастливый билет в лотерею. Победитель получает свой приз не за то, что он талантлив. Незачем и спрашивать, за какие же заслуги ему достался выигрыш.
Как вы полагаете, Уолсингем и правительства самых разных стран смогут молча пройти мимо такого языка? Как, вы думаете, они распорядятся устройством, которое дает прямой доступ к дефекту души? Задумайтесь, что будет, если АВМ научатся языку тех самых бактерий, затем проведут успешные переговоры с консерваторами и переделают их в экспансионистов. Тут-то и исчезнет вся разница между живыми и мертвецами. Душу человека еще при жизни захватят бессмертные бактерии. Смерть умрет. Христос воскрес из мертвых, смертью смерть поправ и пребывающим в гробах жизнь даровав.