Данные тезисы получили оформление в резолюции Пятого конгресса Коминтерна, в которой коммунистам Румынии, Греции, Югославии, Польши ставилась задача активной поддержки «национально-революционных движений» путем формирования в них коммунистических ячеек[122]. Коминтерн выразил поддержку созданию независимой Фракии и Македонии, решительно отвергнув автономию как путь решения национального вопроса на Балканах.
Относительно Югославии, руководство Третьего интернационала выступило резко против идей югославизма, которые определялись лишь как «маска сербского империализма», цель которой скрыть факт о том, что сербы, хорваты, словенцы представляют три отдельные нации. В этой связи КПЮ обязана была стремиться к объединению рабочего, крестьянской и национальных движений для выделения из Югославии независимой Хорватии, Словении и Македонии[123]. При этом в резолюциях Третьего интернационала содержался призыв к созданию единого фронта рабочих и крестьян всех народов Югославии для свержения югославского правительства[124]. Радикализм Коминтерна в национальном вопросе, превосходящий даже требования тех же сторонников Степана Радича, дезавуировал тактику единого фронта. В итоге, погнавшись за двумя зайцами, КПЮ не смогла преуспеть ни на одном из указанных направлений.
Национальный состав населения Югославии по переписи 1921 г.[125]
Концепция разрешения национального вопроса в Югославии, созданная Сталиным и Мануильским, имела большое значение для югославских коммунистов, учитывая тот факт, что фактически Югославская комиссия ИККИ и Балканская коммунистическая федерация разрабатывали политическую программу действий для югославской компартии. Тито впоследствии отмечал степень контроля Коминтерна над компартиями: «Исполнительный комитет вмешивался не только в утверждение программ и в политическую ориентацию некоторых секций, но и в вопросы кадров, назначение руководящих людей в некоторых партиях и подобное. Это лучше всего можно было заметить и в нашей партии, ибо в Коминтерне определялось кто будет возглавить ее»[126].
Фото 18. Фрагмент памятника члену Президиума Исполкома Коминтерна, академику АН УССР Д. З. Мануильскому. В настоящее время памятник разрушен киевскими неонацистами в феврале 2014 г. в рамках т. н. декоммунизации Украины.
Как уже выше отмечалось, Югославия, с точки зрения Москвы, выступала продуктом империалистической войны, являясь многонациональным государством, которое со дня своего существования находится в кризисе. Основу кризиса составляет нерешенные национальный и аграрный вопрос: это два полюса оси, вокруг которой вертится вся политическая жизнь Югославии[127]. Исходя из этого анализа, рабочий класс во главе с КПЮ должен проводить национальную политику, которая позволила бы постепенно приобрести доверие угнетенных наций и таким образом создать единый революционный фронт из рабочих и крестьян угнетенных наций[128].
В этом контексте совершенно логичными видятся попытки Третьего интернационала выстроить сотрудничество со Степаном Радичем, лидером Хорватской республиканской крестьянской партии. Радич приехал в СССР в июне 1924 г., где вел активные переговоры с советскими представителями. Идеология Радича была достаточно эклектичным переплетением идей крестьянской демократии и хорватского национализма. Несмотря на резкие высказывания против «сербского централизма» («…теперь никакая Югославия не существует, а есть только милитаристическая и хищническая Великая Сербия под официальным названием Королевство сербов, хорватов и словенцев»[129]) Радич прекрасно понимал, что независимая Хорватия не сможет стать полноценным субъектом международных отношений и неизбежно попадет под влияние более сильных государств, например, Италии. Поэтому он стремился к федерализации Югославии и объединению крестьянских партий Югославии, Венгрии, Румынии и Словакии ради создания Адриатическо-Дунайской федерации всех крестьянских народов от чешских гор до Адриатического моря[130]. В качестве основных методов борьбы Радич предлагал путь парламентской оппозиции в рамках легального поля.
Видимо с целью психологического давления на власти Югославии и получения помощи от СССР, ХРКП в 1924 г. вошла в Крестьянский интернационал, но стратегического сотрудничества между Радичем и коммунистами не получилось. Радич стремился не к свержению политической системы Югославского королевства, а к ее реформированию, вступив в 1925 г. в недолгую коалицию с Сербской радикальной партией[131].
122
Пятый Всемирный Конгресс Коммунистического Интернационала. 17 июня – 8 июля 1924 г. Стенографический отчет. Часть 1. Москва – Ленинград, 1925. Ч. 2. С. 124–125
124
Дело 44а. Протоколы Президиума Балканской коммунистической федерации // РГАСПИ. Ф. 509. Оп. 1. Д. 44а. Л. 141-143
127
Проект резолюции о политическом положении и задачах КПЮ (2-й экз.) // РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 58. Д. 18. Л. 4
129
Заявление С. Радича о вступлении Хорватской республиканской крестьянской партии в Крестьянский интернационал // РГАСПИ. Ф. 535. Оп. 2. Д. 190. Л.32–34