После спада революционной волны в западноевропейских странах, Коминтерн ухватился за Балканы как за новый центр мировой революции. Практически каждый политический кризис в балканских странах, связанный с отставкой того или иного правительства, рассматривался как преддверие социалистической революции. Основной для данного ошибочного восприятия стали завышенные ожидания самого руководства Коминтерна, которые сформировались на основе сведений, полученных от болгарских политэмигрантов (Димитров, Коралов), склонных к преувеличениям. Однако в общей атмосфере ожидания новой революции на Балканах были и люди с холодной головой, открыто говорившие о том, что реакция временного победила и революция не стоит на повестке дня. Маркович заявил на первом заседании Югославской комиссии в 1925 г.: «Кто читает манифесты балканской федерации, у того получается впечатление, что на Балканах все уже охвачено пожаром. Когда мы, живущие в Юго-Славии, читаем эти манифесты, мы невольно смеемся над ними. И в само деле – смешно так искажать положение вещей»[176].
В начале 1930-х гг. Коминтерн активизирует свое давление на КПЮ с целью попыток наладить сотрудничество с национальными организациями. На 1931 г. планировались выборы в скупщину Югославии, к которым компартия не была допущена. В этой связи Политкомиссия Коминтерна направила телеграмму в ЦК КПЮ, где содержались конкретные лозунги, которыми должны руководствоваться югославы своей агитационной работе: «Долой великосербскую фашистскую диктатуру; Долой монархию великосербских капиталистов, помещиков и генералов; Право всех наций на самоопределение вплоть до государственного отделения; Да здравствует свободная и независимая Хорватия, Македония, Словения и Черногория. Вон всех сербских оккупантов, чиновников, жандармов. Вон белогвардейцев, провокаторов, и поджигателей войны»[177].
Правящий режим в Югославии именовался великосербским фашизмом, против которого сражаются свободолюбивые хорваты и словенцы. При этом важно подчеркнуть, что в резолюциях Коминтерна говорится о необходимости поддержать национальные и социальные требования крестьянства, которой выступает основным костяком национальных движений[178].
Наряду с политическим лозунгами Политкомиссия давала югославам инструкции, в которых говорилась о необходимости заключать соглашения с низовыми национально-освободительными организациями и посылать в эти организации и партии коммунистов в целях создания внутри этих движений левых фракций[179]. В первую очередь имелась в виду Хорватская крестьянская партия, которая критиковалась с точки зрения попустительства хорватской буржуазией сербской гегемонии в обмен на некоторые уступки.
С середины 1920-х гг. в СССР жили руководители КПЮ, работая в структурах Коминтерна, Института философии, Международном аграрном институте и Коммунистическом университете национальных меньшинств Запада. Самыми известными были Филип Филипович и Сима Маркович. Если Маркович отошел от активной политики, сконцентрировавшись на философских исследованиях, то Филипович написал ряд работ, посвященных крестьянскому и национальному вопросу на Балканах[180]. В них он развивал тезисы Коминтерна: ««Избранная» сербская нация занимает господствующее положение в Югославии и является угнетательницей всех остальных наций. Вся государственная власть находится в руках империалистической буржуазии сербской национальности и служит ее классовым интересам»[181] и т. д. Было бы сильным упрощением тезис о том, что Коминтерн лишь сверху навязывал КПЮ сецесионный путь решения национального вопроса. Он опирался на левое крыло югославских коммунистов, которое зачастую выходило даже за рамки, установленные ИККИ – критика не великосербской буржуазии, а сербов как «угнетающей нации».
Наряду с тактикой энтризма, в которой обычно обвиняли троцкистов, Коминтерн подталкивал КПЮ к созданию независимых национальных организаций, в которых бы негласно состояли бы коммунисты. Мне удалось отыскать в архиве Коминтерна интересный документ, который называется «Об отношении к хорватской группе К.»[182]. В нем говорилось о недостатках работы КПЮ с национально-революционными группами, под которыми, видимо, имелись в виду ответвления КПЮ[183]. В 1933 г. КПЮ стала выпускать газету «Хорватский путь» («Hrvatski put»), нацеленную на хорватских крестьян. Редактором газеты стал Дуро Цвиич[184].
176
РГАСПИ Дело 313. Стенограмма 1-го заседания югославской комиссии 5 расширенного пленума ИККИ (1-й экз.) // РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 163. Д. 313. Л.44-47
177
Проекты постановления Политкомиссии о положении в Югославии // РГАСПИ. Ф.495. Оп. 4. Д.404. Л.6
178
Сборник решений ИККИ по КП Югославии (т. 2, 1-й экз.) // РГАСПИ. Ф.495. Оп. 20. Д.639. Л. 30
179
Проекты резолюций о политическом положении и задачах КП Югославии// РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 4. Д. 410. Л.14
180
Бошкович Б. Крестьянское движение и национальный вопрос в Югославии. М.,1929; Он же. Зеленый интернационал и его кулацкое лицо. М., 1933; Он же. Перед новым взрывом на Балканах. М., 1934; Он же. Балканы и международный империализм. М., 1936
184
Gužvica S. Đuro Cvijić, „Nacionalno pitanje u Jugoslaviji“ URL: https://www.noviplamen.net/glavna/duro-cvijic-nacionalno-pitanje-u-jugoslaviji/