Судьба II-го Интернационала была не менее печальной: основанный в 1889 г. при непосредственном участии Ф. Энгельса на тех же принципах и практически с теми же целями, что и предшественник, в августе 1914 г. II-й Интернационал раскололся в связи с началом 1-й мировой войны. Интернационализм как основа совместных действий пролетариата разных стран и их партийного авангарда оказался не в состоянии преодолеть сугубо частные национальные интересы лидеров партийного руководства, вставших на позиции защиты правительств своих государств, оказавшихся втянутыми в кровавую бойню. Ленинский большевистский клич к международному пролетариату – повернуть оружие против буржуазии собственных стран и совершить революцию – был проигнорирован оппортунистическими лидерами-«оборонцами» II-го Интернационала и пытавшегося занять промежуточную (между социалистической и коммунистической) позицию 2½ Интернационала (так называли созданный в феврале 1921 г. на конференции центристских социалистических партий Международное рабочее объединение социалистических партий).
В марте 1919 г. большевики приступили к формированию и организационному оформлению III-го Интернационала – Коминтерна, которое завершилось к середине 1920 г. И вновь, уже в новой политической ситуации, ставились уже знакомые по прошлому цели объединения усилий пролетарских коммунистических партий мира по кардинальному изменению социума на бесклассовой основе. Однако акценты были уже иные, с учетом изменившейся обстановки – появления Советского пролетарского государства, которому в условиях Гражданской войны и внешней империалистической агрессии необходимо было иметь эффективную поддержку его политике и действенное (не только идеологическое) противодействие всем враждебным выступлениям, направленным против него. На первый план выдвинулся лозунг диктатуры пролетариата, призванный стать основой всем политическим и военным действиям Советского правительства. «Всемирно-историческое значение III, Коммунистического Интернационала состоит в том, что он начал претворять в жизнь величайший лозунг Маркса, лозунг, подведший итог вековому развитию социализма и рабочего движения, лозунг, который выражается понятием: диктатура пролетариата» – писал В. И. Ленин в апреле 1919 г.[218]
Здесь как раз и прошла демаркационная линия между большевиками и не признающими диктатуру ни в какой форме анархистами. «Отрицая диктатуру пролетариата во имя абстрактной "свободы", анархизм лишает пролетариат важнейшего и самого острого орудия против буржуазии, её армий, всех её репрессивных органов»[219] – было сказано в программе Коминтерна.
Вождь мирового пролетариата особо подчёркивал, что анархизм «нередко являлся своего рода наказанием за оппортунистические грехи рабочего движения». Революционность анархистов (к этой категории он относил «взбесившихся» от ужасов капитализма мелких буржуа) весьма неустойчива и имеет «свойство быстро превращаться в покорность, апатию, фантастику, даже в "бешеное" увлечение тем или иным буржуазным "модным" течением». Но совсем неубедительно звучит у Ленина тезис о том, что «анархизм пользовался в период обеих революций (1905 и 1917) и во время подготовки к ним сравнительно ничтожным влиянием», и это, «несомненно, следует поставить отчасти в заслугу большевизму», поскольку, по мнению теоретика и вождя большевизма, «ещё более важную роль в деле ослабления анархизма в России, сыграло то, что он имел возможность в прошлом (70-е годы XIX века) развиться необыкновенно пышно и обнаружить до конца свою неверность, свою непригодность как руководящей теории для революционного класса»[220]. В чём заключалась эта неверность, остаётся только догадываться, но популярность анархистские теории от этого, как свидетельствует история, не теряли.
218
Ленин В. И. Третий Интернационал и его место в истории // Полн. собр. соч. 5 изд. – Т. 38. – М., 1969. – С. 303.
219
Коммунистический Интернационал в документах: Решения, тезисы и воззвания конгрессов Коминтерна и пленумов ИККИ: 1919–1932. М.: Партиздат 1933. – С. 39.
220
Ленин В. И. Детская болезнь «левизны» в коммунизме // Полн. собр. соч. 5 изд. – Т. 41. – М., 1981. – С. 14–15.