Коля еще несколько раз потолкал друга, но ничего не получалось, товарищ не хотел вылезать из теплой шкуры. Тогда Коля обозвал его «соней» и пошёл к выходу.
Коля шел быстрым шагом, опасливо озираясь по сторонам. Вот место, где сегодня днем стояли первобытчики и общались со своими родными. Колька с недоверием протянул руку, вдруг нет никакой стены, но пальцы почувствовали гладкую поверхность. Стена существовала в реальности, даже ночью. Сделана она была из невидимого материала, похожего по тактильным ощущения25 на стекло или толстый пластик. Кругляков решил проверить, до какого места тянется фантастическая преграда и пошел вперед, держа левую ладонь на поверхности стены. Шёл он так минут десять, постоянно спотыкаясь о кочки и камни, но стена не кончалась.
«Так я до утра идти буду» — подумал Коля. «Если бы Петя проснулся, то мог бы по сторонам посматривать, все-таки страшновато». В качестве ответа на Колины мысли прозвучал рёв зверя, и Колька так испугался, что даже коленки затряслись. «Это лев! Нужно бежать обратно в пещеру! Вдруг он на нашей стороне стены?». Коля побежал что было сил. Возле пещеры он немного отдышался, зашёл внутрь, лёг на постель, закутался в шкуру, согрелся и крепко уснул.
Утром он подошел к Пете:
— Ну что же ты, соня. Мы же договаривались!
Петя опустил взгляд и промолчал.
С тех пор, как Колька узнал о стене и мальчике по имени Нян, он стал думать о побеге. Сначала решил найти дверь в стене, чтобы знать, куда убегать — не только ему с Петей, но и первобытчикам, им ведь тоже нужно возвращаться к своим семьям. Все должны жить вместе, дружно — дети со своими родителями, а родители с детьми, чтобы родители заботились о детях, а дети слушались своих родителей, рассуждал Кругляков. Лучше убегать ночью. А если за ними погоня будет? Нужно восстание поднять, именно восстание! Но как это лучше сделать? План у Кольки был очень смелый, но немного сумбурный, а Петька соглашался с ним, но как только дело доходило до конкретных дел, от Пети помощи не было — то проспит ночную разведку, то зиккурийцев боится. Нужно было поделиться этим планом с первобытчиками, но Колька не знал, как.
Работая на стройке, мальчики почти не разговаривали, а когда заработала бетономешалка и Змак наполнил раствором ведро, Колька подошел к Пете и сообщил ему шепотом:
— У меня идея появилась!
— Какая идея?
— Нужно эту машину сломать, и пока они чинить её будут, работы прекратят и без цемента всё обрушится!
— Идея отличная! — согласился Пётр. — Ты когда-нибудь ломал бетономешалки?
— Нет.
— Я тоже.
— Будем думать, — произнес Колька и стал перебирать ладонью свою длинную шевелюру.
Прошло еще полчаса в мучительных раздумьях. Коле стало даже смешно от такого мыслительного труда: столько они с братом переломали велосипедов, самокатов, конструкторов, радиоуправляемых моделей, детских и взрослых наручных часов, даже электронных весов, а тут не знают, как сломать одну несчастную машину. Но на самом деле различие между игрушками и «взрослыми» машинами было колоссальным: настоящие машины по-другому были устроены, и если игрушки ломались от того, что заканчивалась батарейка или деформировалась мелкая деталь, то настоящие машины ломались от более серьезных вещей. А что, если топливо у машины выкачать? Нет, у обезьян наверняка огромное количество этого топлива. Лучше поломать мотор машины, но как? И тут Колька вспомнил кадр из какого-то фильма, как пацаны вставили в выхлопную трубу автомобиля картошку, а потом двигатель взорвался. А что, если вместо картошки банан или яблоко взять?
— Эврика, я придумал! — прокричал Коля и поделился «гениальной идеей» с товарищем.
— Как ты это сделаешь незаметно? Там же солдаты постоянно торчат, — Петька глянул вниз на бетономешалку.
— Нужно сначала отвлечь надсмотрщиков. Мы можем подговорить Уба, чтобы его люди шум подняли.
— Ты серьезно? — возразил Петя. — Как ты им это объяснишь, жестами?
— А если попробовать?
— Хорошо, попробуем, — согласился Пётр.
Глава 14. Побег Тимофея
Тимофей Кругляков стоял в темном коридоре заброшенного здания с зажженной спичкой в руке и изучал бетонную стену, но дверь в секретную комнату просто исчезла.
«Куда делась дверь? Может, мне реально всё приснилось…» — думал мальчик, но мысли перебили голоса снаружи:
— Он не мог далеко уйти, вроде сюда забежал, проверим!
— В коридор!
Голоса скрипели и трещали, как старая калитка, напоминая Тимофею о реальности сна. «Неужели эта странная девчонка из гостиницы разыскивает меня со своими сестрами? Они что, тоже гастарбайтеры или училки? Вроде без акцента говорят, или опять сон?» — пронеслось в уме Круглякова. Спичка догорела и больно обожгла палец, Тимофей едва сдержался, чтобы не крикнуть. Он сел в угол и втянул голову в курточку.