– Такако не имеет никакого отношения к событиям в Индонезии, – сказал Митараи. – Думаю, она неспроста так торопилась.
– Куда же она спешила? – спросил я. Прежде чем Митараи успел ответить, заговорил Фудзитани:
– Комори сразу же включил диктофон для интервью и записал бред Каори.
– Вот это он молодец!
– Комори сейчас звонил в редакцию. Я попросил передать ему, чтобы он дал послушать записи и нам.
Не успел Фудзитани договорить, как зазвонил телефонный аппарат, на котором он держал руку. Он сразу же схватил трубку:
– Слушаю… Да, я ждал вашего звонка. Сможете включить прямо сейчас?.. Он рядом. Давайте я передам трубку господину Митараи, и вы поставите ему запись. – С этими словами он протянул трубку Митараи.
– Да. Включайте, пожалуйста.
На обратном конце провода включили кассету. Митараи прислонил трубку к уху, что-то бормоча.
– Это все, – расслышал я, поднеся лицо к трубке.
– Ясно. Большое спасибо, – сказал Митараи удивительно спокойным тоном и вернул трубку Фудзитани.
– Ну что? – спросил тот, кладя трубку на место.
– Это английский.
– Английский?
– «Теперь слышишь?.. Да, слышу, давно уже слышу. Долго… долго… долго… сколько минут, сколько часов, сколько дней я это слышал… и все же не смел… о я несчастный, я трус и ничтожество!.. я не смел… не смел сказать! Мы похоронили ее заживо!»[139]
– Вы о чем?.. – спросил Фудзитани, так и застыв с трубкой в руке. Отхлебнув из чашки, Митараи тоже поднялся.
– Это из «Падения дома Ашеров». Ну что же, идем, Исиока-кун!
– Куда?!
– Под дождь. Нам нужно спасать леди Мэдилейн[140]. Поторопимся же! Такако торопилась так, что на кону оказалась ее жизнь. Возможно, нам уже не успеть, но мы единственные в мире, кто понимает, что она имела в виду.
Подняв воротник куртки, Митараи направился выходу. Дождь совсем разбушевался, заглушая звуки моторов и брызг от шин. Не мешкая ни секунды, Митараи выбежал на улицу. Доставать зонт ему было не с руки. Я кинулся за ним по пятам, Фудзитани тоже последовал за нами, открывая зонт. Воздух наполнили запахи дождя, земли и травы. Сверкнула молния, вдалеке послышался приглушенный гром.
Перед нами простиралось море. Линия горизонта совершенно исчезла за белой пеленой ливня. Очередная вспышка подсветила прямоугольный кусок бетона, черневший на небе.
– Исиока-кун, посмотри, это же гроб! Леди Мэдилейн похоронили живьем! Это же гигантская эпитафия на берегу моря! – прокричал Митараи сквозь дождевую завесу.
Из-за неистового ливня казалось, будто уже наступили сумерки. Или же вечер действительно приближался?..
Задыхаясь, Митараи добрался до западной двери многоквартирного дома. Однако ручка не поддалась. Тогда он ринулся к главному входу и, распахнув дверь, влетел в вестибюль. Надо было видеть лицо консьержа, когда промокший до нитки Митараи направился прямиком внутрь.
– Эй, вы! Куда это вы собрались?! – Старик вцепился в рукав Митараи.
– Господин Кюдзо Нобэ, скорее вызывайте такси и поезжайте в больницу Тигасаки. Такако тяжело пострадала и находится в критическом состоянии. Если не поторопитесь, можете не успеть!
– Как?.. Это правда?.. Если это обман, вам не поздоровится!
– Надеюсь, дочери не придется расплачиваться за то, что ее отец разговаривает в таком тоне с человеком, любезно пришедшим сообщить о ней. Не теряйте времени, позвоните в больницу и удостоверьтесь сами.
С этими словами Митараи просто-напросто пошел дальше. Старик не стал его преследовать – похоже, звонил по телефону из своей комнаты.
Митараи быстро шагал к лифту. Матовая стеклянная дверь в конце коридора осветилась молнией. Он нажал кнопку лифта за листьями сциндапсуса, раздраженно барабаня пальцами о табличку с номером этажа. Медленно спускаясь, лифт наконец шумно открыл свои двери.
Зайдя в кабину, Митараи торопливо поманил нас внутрь. Не дожидаясь, пока мы с Фудзитани сядем в лифт, он нажал кнопку закрытия дверей.
– Один – восемь – шесть – семь – пять… – говорил Митараи нараспев. Мы разинули рты и переглянулись. Никогда я не видел, чтобы на кнопки в лифте нажимали так хаотично.
– Эй, Митараи…
– Ш-ш-ш! – заткнул он меня.
Лифт начал подниматься. Наконец створки раскрылись. На индикаторе вверху свет остановился на цифре «5». Понятное дело, даже если нажимать не по порядку, то все равно сначала приедешь на ближайший к первому этаж.
Митараи растерянно застыл в дверях и, кажется, не понимал, что происходит. Лифт начал закрываться, и я едва успел втащить его обратно.
Кабина вновь сдвинулась с места, но почти сразу же остановилась – в этот раз на шестом этаже. Митараи все так же стоял как вкопанный, словно на нем была смирительная рубашка.