Он наконец понял, почему у него перед глазами то и дело появлялась именно четверка. «Дом. Все дело в доме», – повторял он раз за разом про себя.
Вот уже пять лет, как после женитьбы Мацумура переехал в «Хайм Инамурагасаки» из своей скромной квартирки в Йокогаме. Как и говорилось ранее, дом был необычным – в нем не было четвертого этажа. Из-за зловещего созвучия со словом «смерть» владелец решил пропустить его в нумерации – так слышала жена от консьержа. Поэтому значился он как девятиэтажный дом, но на самом деле этажей в нем было восемь.
На стенах коридоров не было табличек с номерами этажей. Их можно было угадать лишь по первой цифре номера квартиры: так, квартира 701 располагалась на седьмом этаже, а 602 – на шестом. Поэтому Мацумура только спустя год после переезда понял, что четвертого этажа не было. Однажды он заметил, что в лифте нет кнопки «4», а после третьего этажа кабина сразу же проходит пятый. За порогом квартиры он поделился своим великим открытием с женой, чем очень ее удивил. Та, оказывается, уже давным-давно знала это.
Он часто слышал, что в нумерации больничных палат не используют цифры «4» и «9»[122], но дом без четвертого этажа видел впервые. Однако вряд ли «Хайм Инамурагасаки» был исключением – Мацумура ведь попросту не знал, что так тоже делают. Просто им попался суеверный владелец.
В тот момент Мацумура наконец все понял. Его воспоминания об увиденных снах не просто так завершались четверкой, всплывающей перед глазами. Всему виной была странность их дома, не дававшая ему покоя.
На нетвердых ногах он доплелся до входа в вестибюль. Мацумура попытался толкнуть стеклянную дверь, однако она оказалась закрыта на ключ. В окошечке комнаты консьержа было темно. Наверное, старик уже заснул. В полночь, перед тем как лечь спать, он запирал входную дверь – разумеется, из соображений безопасности. Эта сторона жизни в доме была несколько неудобной.
Но и не сказать, что это была такая уж большая проблема. У всех жильцов были дубликаты ключей. Только и нужно было, что открыть по замку сверху и снизу, а в вестибюле закрыть дверь изнутри – и никто не жаловался. Просто это требовало времени и лишних телодвижений. Особенно этой ночью, когда он был пьян, а руки тряслись и никак не могли вставить ключ в замочную скважину.
Присев на корточки и едва не падая, Мацумура подумал, что от него ощутимо разит спиртным. Очутившись в пустом вестибюле, он развернулся и запер за собой дверь. Его встретила причудливая бронзовая статуя, от которой ему всегда было не по себе. У этой фигуры была женская грудь, а внизу – мужские гениталии. Нигде он больше не встречал таких странных изваяний. Немного постояв перед ней, он побрел по неосвещенному коридору к лифту. Из-за дрожи в ногах он наткнулся на горшок со сциндапсусом и опрокинул его. Нажав кнопку и ожидая лифта, он присел на корточки и с большим трудом поднял растение. На пол просыпалось немного земли. Кое-как он положил ее обратно в горшок и отряхнул грязь с ладоней.
Двери лифта шумно распахнулись, залив темный коридор светом. Едва втащившись в кабину, Мацумура вдруг понял, что ему хочется опереться руками о пол. На выходе из Энодэна он чувствовал себя получше, но сейчас выпитое ударило ему в голову. Возможно, то было чувство облегчения от возвращения домой.
Мацумура нажал кнопку закрытия дверей, и те послушно захлопнулись. Однако ему никак не удавалось найти нужный этаж. По невнимательности он нажал кнопку «1», но сразу понял из-за чего – ему почудилось, будто сейчас утро и он собирается на работу. «Шестой этаж, шестой…» – крутилось у него в голове, но из-за хмеля картинка перед глазами расплывалась и качалась влево-вправо, словно он плыл на корабле. Палец никак не попадал по нужной кнопке.
«Есть!» – подумал было он, нажимая на кнопку, однако его указательный палец приземлился на семерку. Кабина поехала вверх. Поняв, что ошибся, Мацумура спешно нажал на цифру «6». И вновь радость была преждевременной: присмотревшись, где остановился его палец, он с удивлением понял, что это была кнопка пятого этажа. Теряя самообладание он наконец нажал средним пальцем на правильную кнопку. Нахлынуло сильное головокружение, он опустился на корточки.
Какая-то неразбериха. Приподняв голову, Мацумура увидел прямо перед своими глазами еще одну кнопку.
– Что за черт?! – его вопль прорезал тишину в лифте. Это что, оптическая иллюзия? Или белая горячка? Неужели он с перепоя зашел в другой дом?..
122
Цифра девять считается в японской культуре несчастливой из-за созвучия слову «страдание».