Но есть, возможно, ещё одна причина, по которой вопрос об «отеле „Бристоль“» не стал предметом исторических исследований. И кроется она в том, что Дания и вообще страны Скандинавии крайне редко привлекают внимание мировой общественности. Если бы события с «Бристолем» разворачивались в Лондоне, Париже или, скажем, в Нью-Йорке, можно не сомневаться: все связанные с ними факты были бы давно перепроверены, записаны на бумагу и пылились бы где-нибудь на полке. Думается, по той же причине серьёзному изучению никогда не подвергался и предполагаемый полёт Пятакова в Норвегию.
7. Допросы Гольцмана на предварительном следствии
Пришло время изучить материалы, недавно выявленные в советских архивах. В июле 1936 года в НКВД начались допросы Гольцмана по его делу. Мы ограничимся только тем, что связано с его поездкой в Копенгаген.
Материалы следствия были засекречены на протяжении 75 лет, однако их значение трудно переоценить. Я искренне благодарю В.Н.Ушкалова из Москвы, сумевшего предоставить мне этот поистине бесценный материал.
7.1. Первый допрос – 5 июля 1936 года.
Первый допрос, где поднимался вопрос о встрече Гольцмана с Троцким, состоялся 5 июля 1936 года. Мы воспроизводим фрагмент стенограммы с обменом репликами Гольцмана со следователями:
Вопрос:– Когда Вам СЕДОВ говорил, что ТРОЦКИЙ приезжает в Копенгаген?
Ответ:– В октябре или ноябре 1932 года. Я в это время имел постоянным местопребыванием Голландию, куда был послан Наркомвнешторгом, но часто наезжал в Берлин и там встречался с Л.СЕДОВЫМ. В одну из таких встреч СЕДОВ и сообщил мне, что ТРОЦКИЙ должен приехать в Копенгаген, и что сам СЕДОВ тоже выезжает в Копенгаген.
Тогда же СЕДОВ предложил мне поехать вместе с ним к Л.ТРОЦКОМУ, на свидание.
Вопрос:– И вы поехали?
Ответ:– Нет, вместе с СЕДОВЫМ я не поехал. Я условился с СЕДОВЫМ о встрече с ним в Копенгагене и выехал туда на три дня позже СЕДОВА.
Вопрос:– Почему Вы не поехали вместе с СЕДОВЫМ?
Ответ:– Вместе с СЕДОВЫМ я не мог поехать потому, что на руках я имел советский паспорт. Я не хотел выезжать по этому паспорту, дабы не оставить на нем никаких следов моего пребывания в Дании.
Вопрос:– А по какому паспорту Вы поехали?
Ответ:– Уезжая из СССР я получил и имел другой паспорт – немецкий. В целях легализации себя под этим паспортом – я переехал в другую гостиницу, а через три дня поехал в Данию.
Вопрос:– Вы имели соответствующие визы на въезд в Данию?
Ответ:– Никаких виз для въезда в Данию по Германскому паспорту не требовалось. [384]
Я купил билет до Копенгагена, вечером, часов в 7–8 выехал через Росток-Варнемюнде и на следующий день в 8 час. утра был уже в Копенгагене.
Вопрос:– Как обусловлена была Ваша встреча с СЕДОВЫМ в Копенгагене?
Ответ:– СЕДОВ мне в Берлине сообщил, что ТРОЦКИЙ в Копенгагене будет проживать на квартире какого-то датского социал-демократа, а он – СЕДОВ в гостинце «Бристоль». В этой гостинице я и должен был встретиться с СЕДОВЫМ.
Вопрос:– А вы виделись в Копенгагене с ТРОЦКИМ?
Ответ:– Да, виделся. Как условились мы с СЕДОВЫМ я встретился с ним в гостинице «Бристоль» (она расположена недалеко от вокзала). Часов в 10 утра СЕДОВ вызвал такси и мы поехали к ТРОЦКОМУ.
Вопрос:– По какому адресу?
Ответ:– Адрес мне не известен. Знал его СЕДОВ. Я и сейчас не могу указать ни названия улицы, ни номера дома куда мы приехали. Это была частная квартира, в которой ТРОЦКИЙ остановился[385].
Здесь видно, что главная задача следователей – выяснить истинное положение вещей и все их вопросы сводились к отысканию фактов, поддающихся проверке, таких, например, как адрес, по которому состоялась встреча с Троцким. Наводящие вопросы не задавались, и Гольцман свободно рассказывал всё, что помнил.
7.2. Второй допрос – 29 июля 1936 года.
Ещё один допрос Гольцмана состоялся примерно через три недели – 29 июля 1936 года:
384
То, что в 1932 году гражданам Германии не требовалась виза для посещения Дании, подтверждается фактами (Личное сообщение Тины Виллумсен, библиотекаря в Biblioteksvagten, Copenhagen; 3 июля 2017).