– Тебе что-то не нравится? Если б ты тогда не проиграл все деньги, нам бы хватило на залог[22] и мы давно переехали бы в нормальное жилье! А в итоге сидим тут и еле наскребаем на аренду. Ты еще и, вместо того чтобы работать, сидишь дома и пьешь!
– Не видишь, что дождь идет? Когда нет дождя, я разве сижу дома? Я хоть раз прогулял работу? Конечно, только ты у нас самая несчастная, работаешь больше всех!
– А кто сидит на диване и поносит всех на чем свет стоит? Они, в отличие от тебя, добились успеха. Вот только сам-то ты чего достиг?
– Все сказала?
– Нет, не все! Почему это ты не можешь работать, когда идет дождь? Кроме стройки, ничего другого нет? Курьером, водителем! Или мог бы сделать хоть что-то по дому! Я кого утром просила закинуть стирку и развесить белье? В итоге прихожу домой, а воз и ныне там! У нас вся одежда сгниет этим летом без сушки!
– Черт, да я же говорил, купи ты эту сушилку! В чем проблема? Сколько она стоит?
– При чем тут цена? Ты посмотри на свое отношение! Ни дня не проходит без ссор!
Дождь набирал силу, а вместе с ним и перепалка родителей. В конце концов Мингю пришлось оставить рис в тарелке и уйти в свою комнату.
«Как можно затеять спор из-за Со Минчжуна? Хуже учеников средней школы! Чего мама так взъелась из-за этого гольфа? А отец, похоже, только и рад побесить ее».
Чуть позже Мингю вышел на улицу. От проливного дождя не спас даже большой зонт – юноша быстро промок насквозь. Раскаты грома напоминали крики родителей – погода будто откликалась на его подавленность и грусть.
Шагал Мингю в единственное место, где он мог укрыться от всего происходящего. Стараясь не поскользнуться в своих мокрых сланцах, он зашел внутрь магазина и тут же замерз: воздух из кондиционера мгновенно пронизал все его тело. Вот же глупо: Мингю так хотелось сбежать от духоты в прохладу, а теперь он превратится в ледышку.
Камбо сразу вышел встречать его. Хотя Мингю изо всех сил старался скрыть дрожь, продавец тут же заметил это, сходил в подсобку за рубашкой с длинным рукавом и повесил ему на плечи. Пахла она не слишком приятно, зато согревала, словно настоящее одеяло. Хотя бы не будут стучать зубы.
– Ну ты даешь! В такие дни все сидят дома и едят теплые оладьи из бобов[23], а ты чего пришел?
– Что сегодня по акции «Два плюс один»?
– На этой неделе – газировка. Но тебе нельзя холодное. Так, лапшу будешь?
– Она тоже по акции?
– Нет, возьми одну упаковку – и можешь сидеть здесь сколько захочешь, – сказал Камбо, подмигнув Мингю, будто понял, зачем тот брал товары по акции.
Юноша тяжело вздохнул – то ли от облегчения, то ли от невыносимой тоски, которая сжимала сердце.
– Смотри-ка, совсем замерз. Иди садись, я сейчас все принесу.
Мингю молча, словно робот, сделал то, что сказал Камбо, совсем забыв, что надо заплатить за лапшу. Ему не хотелось даже шевелиться: и так пришлось потратить немало сил, чтобы успокоить дыхание.
Если подумать, он стойко боролся с трудностями всю свою жизнь. Мингю ни разу не падал духом: ни когда его обзывали толстяком в начальной школе, ни когда дразнили и издевались в средней. Из-за пандемии их перевели на дистанционное обучение, и больше всего мальчика радовало то, что ни один хулиган больше не мог обидеть его. Но сейчас, в старшей школе, ему уже порядком надоело домашнее заточение: Мингю устал от постоянных ссор родителей, пьянства отца и пренебрежения брата.
Единственное утешение дарили ему те несколько часов в день, проведенные в круглосуточном магазине «Все для вас», вдали от родных и жары, там, где никто не стремился его задеть. Правда, вот Камбо стал докучать. Сначала кормил его, потом заставлял читать книги и обсуждать их с ним, теперь одевать вздумал. Мингю, не привыкший к такому вниманию и заботе от посторонних, не знал, как относиться к этому.
– Вот, держи, – сказал Камбо и поставил перед ним упаковку лапши, закрытую плотной крышкой.
На ней лежало что-то черное. Присмотревшись, Мингю понял, что это треугольный кимпап с котлетой. К горлу подступили слезы.
– Сюрприз! Ты же любишь котлеты? Так что получай. Эй, ты чего, плачешь, что ли? Тю!..
Мингю мигом вытер слезы рукавом рубашки и произнес:
– Ничего не плачу. И вообще, я дома поел – кимпап уже не влезет!
– Не влезет, говоришь? Давай начистоту: люди нашего с тобой телосложения могут есть сколько угодно. Тут уже вопрос твоего выбора, а не возможности. Этот кимпап с котлетой просто бомбический! В сто раз лучше сэндвича.
Мингю сглотнул слюну.
– В холодные дни я ем его с лапшой. Очень вкусно! Знаешь набэ с котлетой?