Наевшись, Чаоси сразу начала зевать.
– Устала? – Сижун притянул ее к груди.
Перед глазами Чаоси все немного поплыло.
– Я больше суток не спала.
– Тогда пошли спать, – шепнул он ей на ухо.
– Что?! – От удивления она сразу села.
Слова Сижуна наводили на неоднозначные мысли.
– Пошли на верхнюю палубу, там и выспимся. – Сижун показал пальцем наверх.
– Ты о чем?
– Там открытая площадка. Не думаю, что капитан будет против, если мы там устроимся вместе.
– Так можно было бы отправиться к себе по каютам…
– Тебе уже не терпится расстаться со мной?
Дать вразумительный ответ на этот вопрос Чаоси не смогла. Сижун сам же и ответил:
– Днем нам увидеться не так просто, вот и приходится в ночное время наверстывать упущенное.
– Но… там же холодно будет…
– Я прихватил с собой два спальных мешка. – Он продемонстрировал тюки на полу. – Залезем в них и не замерзнем. Да и корабль уже заходит в теплые воды, ветерок будет нас греть.
– Так вот почему ты мне сказал одеться потеплее, – Чаоси улыбнулась. – Ладно, уговорил! Хочу посмотреть, что получится из твоей затеи.
– Если спальных мешков окажется недостаточно, чтобы уберечься от ветра, устроим себе палатку из подручных средств.
Прибравшись, Сижун поинтересовался:
– Ты к себе, почистить зубы?
– Да. А ты?
Сижун хохотнул и вытащил из рюкзака набор для чистки зубов.
– Я заранее приготовился! Почищу зубы здесь, в туалете.
Когда Чаоси пришла на верхнюю палубу, Сижун уже успел разложить спальные мешки на соседних шезлонгах.
– Давай, укладывайся.
Чаоси легла, и Сижун помог ей застегнуть молнию, так что открытым оставалось только лицо. Потом он устроился на своем шезлонге и тоже забрался в спальный мешок. Так они и лежали, прижимаясь друг к другу, точно две куколки шелкопряда, и вглядывались в небо, полное звезд.
– Классно рассматривать ночное небо в море. Звездочки лежат перед тобой, как бриллианты на черной ткани. – Лицо у Сижуна было донельзя довольное.
– Ты меня сюда затащил, чтобы научить распознавать созвездия? – Чаоси всматривалась в скопления звезд над ними.
– Нет, я и сам в этом ничего не смыслю.
– Будем высматривать падающие звезды и загадывать желания?
– А ты веришь, что это работает?
– Нет, конечно. Наука доказала, что метеориты – просто камни.
– Вот и я о том же. Интересно было бы узнать, кто первым загадал желание на падающую звезду. Какой-то очень наивный человек?
– Ну или это мы с тобой люди совсем неромантичные.
– Лежать здесь и смотреть на звезды – вот и вся наша с тобой романтика. – Сижуну не изменяло хорошее настроение.
Чаоси приподнялась и осмотрелась. Кроме них на палубе никого не было. Если бы кто-нибудь зашел и застал их так, то подумал бы сначала, что наткнулся на пару мумий.
– Какой же ерундой мы сейчас занимаемся! – Чаоси захихикала. – Но для меня и это в радость с тобой. Даже если весь мир на меня ополчится и решит, что я круглая дурочка, я все равно так буду думать. Нас просто никто не понимает.
Сижун посмеялся, но ничего не ответил. Они какое-то время полежали в тишине.
– Спишь уже? – мягко спросил он.
– Нет. Думаю.
– О чем?
– Есть одно дело. Тебе рассказать?
Сижун придвинулся ближе.
– Я тебя всегда готов слушать.
– Я думала, что если бы лайнер сейчас вдруг затонул, то я бы вообще ничего не предпринимала. Здесь так мирно и спокойно. С тобой и под воду уйти нестрашно.
– Так с нами же сгинут и твой папа, и мой, и все родные. Если не считать только наших мам. Плохо будет, если они останутся одни на этом свете…
Чаоси горько усмехнулась. На глаза потихоньку навернулись слезы. Благо, в темноте этого не было видно.
– Давай спать! Завтра отправимся на разведку в Сингапур, – предложил Сижун.
– Подожди, я тут вспомнила одну песню… – заметила Чаоси, восхищенно разглядывая Луну.
– «Когда над морем всходит полная луна, и края света сливаются воедино…»[8], – отозвался он.
– Нет-нет, там вообще не про Луну. Я просто думала, что взаимное чувство захлестнуло нас в море. – В Чаоси бурлило много чувств. – Любовь – такая штука, которую никакие бури не сметут, никакие воды не потопят. Если человек любит, то он будет готов отдать за это чувство все, что у него есть…
8
Слова из стихотворения «Вглядываясь в Луну, думаю о дальнем крае» танского поэта Чжан Цзюлина. Строки легли в основу множества песен на китайском. –