– В какой-то степени?
– Ой, простите… Я не имел в виду ничего такого. Я просто из тех, кто сразу произносит то, что приходит в голову. Меня еще с давних пор за это часто ругали. Родители, учителя, одноклассники…
– Я просматриваю.
– Не понял…
– Я просматриваю статьи в бульварных журналах. На этом пятый вопрос, надо полагать, завершен?
Глаза Судзуки расширились. Затем со словами «ничего не поделаешь» он снова почесал голову.
– Похоже, тут вы меня обставили…
– Да нет, в проигрыше все время остаюсь я. В вашей инсценировке мы все время идем у вас на поводу.
– Инсценировке? – с детской интонацией переспросил Судзуки.
Из глубины сознания Киёмии донесся щелчок: еще один фрагмент пазла занял свое место.
– Какое спиртное вы собирались пить?
– Господин сыщик, вопросы задаю…
– Да ладно вам. Это же несправедливо, что вопросы задаете только вы. На один ваш вопрос должен быть один мой. Вот тогда это будет поединок на равных.
Судзуки еще больше расширил глаза. Его лицо говорило: «Такое мне и в голову не приходило». Это тоже из разряда мелких спектаклей. Впрочем, этот тип не стал возражать против слова «поединок».
– Позвольте задать пять вопросов подряд. Допускается ответ «без комментариев». Вы можете по своему усмотрению не отвечать на те вопросы, на которые не хотите или не можете дать ответ.
«Тебе ведь это интересно?»
Киёмия был уверен, что отказа не будет. «Судзуки обязательно пойдет на это. И попытается перехитрить меня. Чтобы посмеяться надо мной и сказать: “Так тебе и надо”».
– Действительно, – Судзуки решительно кивнул. – Это звучит интересно.
– Какое первоклассное спиртное вы собирались купить?
– Не знаю. Нет, не в смысле «без комментариев». Просто дорогой алкоголь к моей жизни не имеет никакого отношения. Я совершенно не представляю, что дорого, что дешево, какие вообще бывают цены на него… И поскольку я в этом не разбираюсь, просто выбираю то, что бросается в глаза, какую-нибудь красивую бутылку. Ну и по цене сужу: если слишком дешевое, смысла покупать его нет – такое не поможет прогнать печаль. Поэтому я подумал, что надо походить, посмотреть и потом уже принять решение. Обычно-то я беру пиво и тюхай. Только в банках. Я даже не могу вспомнить, когда в последний раз пробовал спиртное, которое наливают в бокал.
Донесся звук еще одного щелчка. Пазл «Тагосаку Судзуки» заполняется. Этот человек хочет поговорить. Хочет, чтобы его слушали. Хочет, чтобы люди знали, почему он так себя ведет…
– Пожалуйста, второй вопрос, – с предвкушением сказал Судзуки.
Киёмия разогнул свои скрещенные пальцы:
– Дорогое саке, может быть, и не имеет отношения к вашей жизни, но вы покупаете баночное пиво и живете в комнате, где можно смотреть бейсбольные трансляции. Ни то ни другое не является бесплатным. Откуда вы берете деньги?
– Это сложный вопрос. Такие люди, как я, не ведут всяких там домашних бухгалтерских книг. Я живу одним днем, пытаясь решать проблемы по мере их поступления, поэтому у меня и сил-то моральных нет собирать платежные квитанции и чеки. В моей жизни не нужен ни банковский счет, ни сейф. Шкаф, чтобы прятать заначку, тоже не нужен. Поэтому, – Судзуки ощерился, – на вопрос «откуда деньги?» я отвечаю: «Из кошелька».
– Ответ из серии «Я от пожарного управления» [15]… Понятно.
– Я шучу. Шучу, господин сыщик. Я не хочу, чтобы вы сердились. Просто… ну да. Извините. Я ничего не помню. Это по причине потери памяти. Ничего вспомнить не могу. Ни сколько денег у меня было в кошельке, ни где я их заработал, ни когда, ни почему они исчезли. Не помню. Та же ситуация, что и с адресом.
– То есть «отвечать я не собираюсь»?
– Впрочем, думаю, никакой путной работой я не занимался. Я полная противоположность вам, господин сыщик. Такой у меня образ жизни. Я слоняюсь без дела, ни к чему не испытываю привязанности и, наверное, поэтому все забываю. Никчемная жизнь. Непродуктивный человек. Происхождение купюр, которые были в моем кошельке, мне тоже неведомо. Может быть, я подобрал их вчера, а может, стащил три года назад…
– Хотите сказать, вам доводилось воровать?
– Не помню.
В секундной паузе в спектакле Судзуки на мгновение сверкнул зловещий огонек. Щелк – еще один фрагмент занял свое место.
– Из того, что можно назвать имуществом, у меня есть только смартфон. Это очень удобная штука. Даже если договор закончится, его можно использовать как камеру, можно через вай-фай пользоваться интернетом…
– Вы, похоже, разбираетесь в интернете и компьютерах.
15
«Я от пожарного управления» – знаменитая фраза, которую произносили мошенники в 60-е и 70-е гг. XX в. Они приходили к людям и показывая красочные буклеты на тему пожарной безопасности, убеждали их покупать втридорога огнетушители. На вопрос «Кто вы?» мошенники отвечали: «Я (пришел) от пожарного управления». Если затем мошенника задерживала полиция и обвиняла в том, что тот лгал, представляясь сотрудником пожарного управления, тот объяснял, что эта фраза всего лишь означает направление, откуда он пришел, – «я пришел от, то есть со стороны пожарного управления, и это правда».