Директор молчал в ожидании.
– Согласно завещанию Дуань Цзю, – Кэ Жоу намеренно повысила голос, – после смерти все его личное имущество должно быть пожертвовано на благотворительные цели, так?
– Эм-м-м…
– Господин директор?
– А, да, простите… Верно, учитель когда-то говорил нечто подобное.
Кэ Жоу тут же заметила, что тут что-то не так.
– Это означает, что вы лично не знакомились с содержанием завещания, да?
– Конечно же нет. Разве я мог так неуважительно поступить по отношению к учителю?
– Хм… Но сейчас, вероятно, не время беспокоиться об этих вещах. Пожалуйста, передайте полиции завещание Дуань Цзю в качестве важной улики по этому делу.
– Важной улики? – уточнил директор в замешательстве. – Офицер Кэ, вы же не думаете…
– Простите, я не могу раскрывать детали расследования, – безапелляционно перебила собеседника Кэ Жоу. – Могу ли я узнать, где сейчас находится завещание?
– У меня дома, в сейфе… Однако, как видите, сейчас я занят процедурой пожертвования для двух филантропов… – Как мило, что директор не забыл о нас. – Офицер Кэ, было бы вам удобно немного подождать меня снаружи? Чуть позже мы вместе поедем и возьмем его… Конечно, если вы спешите, я потом сам могу отвезти его в отделение.
– Спасибо, не стоит беспокоиться. Я попрошу, чтобы подъехал мой коллега. Могу ли я узнать ваш адрес? – Директор назвал его. – Хорошо, я поняла; тогда примерно через час у вас дома.
Я было подумал, что Кэ Жоу собирается уходить, но она вновь заговорила:
– Вы только что упомянули, что встречались с Дуань Цзю на прошлой неделе; где конкретно это было?
– Дома у учителя. В тот день он пригласил меня сыграть партию.
– В шахматы?
– Да. Учитель был одержим шахматами, а меня самого вряд ли можно назвать даже любителем, но я время от времени люблю сыграть партию-другую.
Шахматы… Когда-то давно я даже занял четвертое место на соревнованиях начальной школы в городе С. Внезапно у меня возникла ностальгия по рокировке[47], выглядящей эффектно всегда, вне зависимости от того, когда ее используют.
– В тот день вы играли, – Кэ Жоу резко показала фотографию, – этим шахматным набором?
– Да.
– Там были все фигуры?
– Что?
– На прошлой неделе, когда вы играли в шахматы с Дуань Цзю, были ли все фигуры из этого набора на месте?
– Конечно, иначе мы не смогли бы играть… – Директор был так же озадачен, как и я. – Офицер Кэ, неужели сейчас в наборе недостает фигуры?
– Извините, но эти подробности расследования должны оставаться конфиденциальными, – уклонилась от ответа Кэ Жоу. – Еще раз извините за беспокойство. Благодарю вас за сотрудничество.
Глава 4
Это была треугольная комната. Если не обращать внимания на незначительную погрешность, ее можно было рассматривать как равносторонний треугольник. Единственный стол в комнате также представлял собой равносторонний треугольник, причем его углы были направлены к середине каждой стены.
За столом сидел мужчина, на его щетинистом лице читалось волнение. Время от времени он поднимал голову, смотрел на противоположную стену, а затем быстро отводил взгляд. По сравнению с двумя другими стенами эта имела особенность – выше колена она представляла собой огромное зеркало. Свет от лампы, падающий на него, таял, придавая стеклу темно-зеленый отлив.
– Спасибо, Лао Го, – сказала Кэ Жоу по другую сторону стены. Отсюда зеркало волшебным образом смотрелось прозрачным. Офицер посмотрела на мужчину по ту сторону стекла. – Где вы его нашли?
– Этот парень знает, как прятаться, – фыркнул офицер полиции немного постарше ее. – Никто не знал об этой небольшой горной деревне в уезде H. провинции Хэбэй. Если б он не посчитал себя умником и не позвонил Дуань Цзю, его было бы не так легко поймать.
– Сейчас слишком рано утверждать, что он убийца. – Кэ Жоу покачала головой. – По крайней мере, мотив недостаточно ясен.
– Как раз поэтому Сяолян уже отправился по указанному вами адресу, – сказал Лао Го. – Кроме того, только что принесли отчет судебно-медицинской экспертизы.
– Есть что-то интересное?
– Ну, во-первых, веществом, вызвавшим отравление и смерть жертвы, был метамидофос, что подтверждается его остаточными следами в стакане на месте происшествия.
– Метамидофос? – Кэ Жоу нахмурилась. – Я никогда о таком не слышала.
– Это пестицид. Из-за сильной токсичности два года назад министерство сельского хозяйства запретило его производство и использование. Однако он отлично борется с насекомыми, поэтому в некоторых сельских районах им до сих пор продолжают пользоваться. Из-за того, что пестицид производится и используется втайне, могут возникнуть трудности с тем, чтобы отследить источник яда.
47
Рокировка – резкая смена позиции короля при помощи ладьи для его защиты, возможная единожды за партию и лишь в том случае, если ни тот ни другая еще не ходили, если король не под шахом и если между ними нет фигур; король придвигается к ладье на две клетки по горизонтали, а та перемещается на клетку с его противоположного бока.