Я из вежливости предложил:
– Куросэ-сан[8], пойдешь с нами?
– А можно? – с неожиданным энтузиазмом отреагировала она.
Я был уверен, что откажется. Но девушка смотрела на меня сияющими глазами.
– Н-ну конечно. Пойдемте втроем.
И мы пошли. Все-таки прав Кадзуя: совершенно непонятно, какая она.
Как только мы заняли кабинку в караоке у станции, Кадзуя первым схватил микрофон и запустил какой-то популярный трек. Он отлично пел и покачивал в такт головой, а цифры над его головой трепетали от каждого движения.
– Кадзуя-кун[9] красиво поет! – восхищенно заметила Куросэ на второй песне.
– Угу. Себе что-нибудь поставишь? – Я протянул ей планшет, с которого мы управляли системой, но девушка покачала головой:
– Мне не надо.
– Ну ладно.
Мы с другом пели по очереди. Хотя ладно: пел в основном он. Куросэ заказала себе дынного лимонада и молча за нами наблюдала. У Кадзуи, видимо, накопился стресс, потому что заказывал он в основном энергичные песни, на которые, пока споешь, потратишь тонну калорий.
Часа через полтора я спросил:
– Куросэ, почему ты записалась в литературный кружок? Просто любишь книги?
Мы уже попросили счет, и Кадзуя отошел в уборную, поэтому надо было чем-то заполнить паузу. Честно говоря, меня не особо интересовал ее ответ.
– Просто… Интересно стало.
– Что именно?
Но к тому времени, как Куросэ собралась с мыслями, вернулся Кадзуя.
– Всё, по домам! – скомандовал он жизнерадостно – оттого ли, что выпустил весь пар и спустил лишнее давление? А Куросэ в итоге так ничего и не сказала.
– Куросэ-тян, нам на станцию. До встречи!
Новенькая ездила в школу на велосипеде. Так что перед терминалом мы распрощались.
– Ребят… – Вдруг услышал я тихий голос и обернулся.
Кадзуя, видимо, не обратил внимания и ушел вперед.
– Что такое?
Начинался час пик, и поток пассажиров заметно вырос.
Куросэ что-то сказала, но за шумом толпы я не разобрал ни слова.
– Прости, что?
Она опустила глаза и помотала головой. Ей хотелось что-то сказать, но она просто запрыгнула на велосипед и уехала.
А я, кажется, догадался, в чем дело. Наверняка влюбилась в Кадзую. Она же сказала, что ей «стало интересно». Видимо, стало интересно, что он за человек, вот она и записалась с ним в один кружок. За Кадзуей с давних пор табуном увивались поклонницы, поэтому, подозреваю, Куросэ и хотела задать мне пару-тройку вопросов.
Когда девушка скрылась из виду, я нагнал друга, который уже ушел вперед. Думал сказать ему про чувства Куросэ, но потом решил, что это не слишком тактично, и молча встал с ним в очередь на посадку.
Дома я проглядел в интернете вакансии. Мне осталось жить всего-то три месяца. Я гадал, чем их занять, и в конце концов решил, что надо позаботиться о маме, поэтому придумал завести щенка. Уж не знаю, утешит он ее или нет.
Вчера мы наткнулись в телевизоре на передачу о животных, и мама обмолвилась, что хотела бы собачку. Я прикинул, что накоплю на питомца за два месяца, а остаток денег станет подспорьем для моих похорон. Вообще, что-то я за всю жизнь ничем не помог маме. А так – не самый плохой конец. Поэтому я заинтересовался вакансиями.
– Привет! Я дома! – устало крикнула из коридора мама.
Она у меня медсестра и по выходным еще в ресторане подрабатывает. У нас мало денег, поэтому после школы я думал сразу устраиваться на работу, но мама убедила, что сначала надо окончить университет. А пока работала на износ, чтобы скопить нужную сумму[10]. Ну ничего: через три месяца этот груз с нее спадет и станет полегче. От моей смерти всем будет лучше.
– Привет. Я думаю на подработку устроиться. Можно? – спросил я, спускаясь к ней в столовую, где мама уже раскладывала продукты, которые закупила к ужину.
– Зачем? Что так внезапно?
– После уроков заняться нечем.
– Гм. Ну тогда, наверное, можно? – Мама принялась резать лук.
– Спасибо. Тогда со следующего месяца не давай мне денег на карманные расходы.
– Хорошо, не буду.
Я порадовался, что сделал хоть что-то осмысленное, и остался поболтать с мамой, пока она готовит ужин. Мы с ней давненько толком не разговаривали.
Три дня спустя разыгралась непогода, и я решил добираться до станции на автобусе. В стекле над моей головой отражались цифры 82.
По дороге мы опять миновали того мальчонку с портфелями. Я его узнал в основном по зависшему над ним числу. Сегодня он шел один, закутавшись в дождевик. Я отвел глаза от тяжело топающей по лужам фигурки и стал смотреть вперед сквозь лобовое стекло автобуса.
На станции встретился с Кадзуей.
9
Этот суффикс используется при обращении к приятелям равного возраста или младшим товарищам, в том числе на работе.