В мгновение ока он исчез, а Аюму с Кобаяси так и остались стоять, раскрыв рты от изумления.
– Эй, ну ты как? – Кобаяси обеспокоенно поглядел на Аюму, но та лишь кивнула, мол, все в порядке, можешь больше меня не держать. – Как это? Точно в порядке? В полицию, идем в полицию! – Убрав руку с ее плеча, Кобаяси все еще встревоженно осматривал Аюму.
– Не нужно, все хорошо. – Аюму глубоко вздохнула и выпрямилась. Она окончательно пришла в себя, а то, что только что произошло, рассеялось, точно туман. Аюму показалось, что она нащупала кое-что важное. – Все хорошо, правда. Идем скорее. Я проголодалась.
– Ладно. Будем тако, как планировали? Даже не знаю, что лучше съесть после такого. Может, сет из сасими?[27] Или лапшу?
– Это еще к чему?
– Ну, их глотать легко. Даже если у тебя и есть какие-то повреждения…
– Да ну, что за глупости. Я хочу тако!
– Понял. Прости, что опоздал – ты ведь из-за меня попала в эту историю.
– Нет-нет, это вообще никак не связано.
Они зашагали в сторону их любимого мексиканского ресторанчика. Он находился на втором этаже небольшого здания, а окна были украшены куклами-скелетами, и стоило лишь оказаться рядом, как тут же внутри возникало непреодолимое желание войти внутрь и поесть, а настроение мгновенно улучшалось. Аюму решила, что сегодня непременно попробует чесночный суп.
Как только наступал вечер, толпы людей, работавших в этом районе, тут же наводняли улицы и один за другим исчезали за дверями сияющих всеми огнями заведений. Их здесь столько, что всегда есть из чего выбрать – стоит только поискать в интернете, и вот вы уже тонете в пучине рекомендаций от самых искушенных гурманов.
Завернув за угол, они услышали тихий смех, доносившийся с маленькой улочки, на которой расположились в ряд японские рестораны в традиционном стиле. Сквозь щели в деревянной раме виднелись ослепительно белые рубашки расслабившихся и снявших пиджаки офисных работников.
– Но каков все-таки был этот тип! Вот смотрю я на таких, и самому страшно становится.
– Почему?
– Может, я тоже таким когда-нибудь стану. Я ведь мужчина.
– Уверена, что нет. Далеко не все мужчины превращаются в «дядюшек», и это не твой случай, Кобаяси.
– Так-то оно так. У «дядюшек» как будто что-то сломалось внутри, тебе не кажется? Интересно, что именно?
– Сломалось, это точно.
Они миновали канцелярский магазин и кафе, где можно было купить кебаб. Наконец перед ними засияли мягкие огни мексиканского ресторана. Скелеты в окне слегка покачивались.
– Розовый электрошокер! Вот что у нас было общего! – вдруг громко воскликнула Аюму, пораженная неожиданным осознанием.
– Эй, ты чего? Какой еще электрошокер? – удивился Кобаяси.
Аюму, однако, была чрезвычайно серьезна.
Точно. Вот оно что. Нет, правда?
– Вот такой. Розовый.
– Ты, Кагава, иногда странные вещи говоришь. Но, кстати, это могло бы быть названием какого-нибудь поп-хита. «Розовый электрошокер». Жутковато и одновременно мило. Думаю, это попало бы в чарты. И, конечно, нужен танец, такой необычный, чтобы зрители перед экранами телевизоров только его и обсуждали, – бормотал себе под нос Кобаяси, поднимаясь по узкой лесенке.
– Кстати, Кобаяси, я же вот что хотела с тобой сегодня обсудить, – подала голос Аюму, шагавшая сзади. – Сможешь помочь мне кое с чем?
Давайте продолжим.
Итак, айдолы имели влияние благодаря уже одному тому, что были идолами. Во все времена люди буквально сходили по ним с ума.
Но в зависимости от эпохи идолы менялись. И хоть мы и используем по отношению к ним одно и то же слово, это не значит, что у всех них были одинаковые устремления.
Как уже было сказано ранее, большое число поп-групп, созданных в рамках системы щоу-бизнеса, потерпели крах из-за постоянной ротации участниц. Тогда-то и появилась ХХ.
Изменения в развлекательной индустрии, следовавшие за общественными переменами, одновременно происходили и за пределами Японии. Как ни крути, а всё вокруг есть отражение состояния того самого общества. Корейские поп-группы получили известность и в Японии тоже, но они кардинально отличались от местных айдолов.
Здесь мы сравниваем лишь женские группы – в то время в Корее они достигли пика популярности среди зрительниц.
«Незрелость», которой требовали от японских айдолов, к корейским не имела отношения вовсе. Выступая на сцене, они полностью отдавались происходящему – от песен и танцев до внешнего вида.
Не слишком ли мы стараемся? Что подумают мужчины? Просмотрев архивы, мы поняли, что этих девушек меньше всего интересовало то, как их воспринимают окружающие – они были максимально далеки от этого нежизнеспособного шаблона поведения. Да и в целом в своем развитии они следовали пути западного общества.
27
Блюдо японской кухни, сырая рыба или мясо, нарезанные тонкими ломтиками и поданные с соевым соусом, васаби и имбирем (