Хейзен препоручил организацию отправки судна с пополнением своему бывшему секретарю Уильяму М. Бибу. Помимо припасов и снаряжения в залив Леди-Франклин были откомандированы восемь рядовых для замещения потенциально выбывших из строя из-за травм или болезней или сочтённых Грили негодными к несению службы в суровых северных условиях (как, к примеру, всё тот же лейтенант Кислингбери). Кроме них, на борту были только капитан, судовой врач и сам Биб. В Сент-Джонсе он лично проследил за погрузкой восьми тонн припасов, включая тонны мяса (из расчёта на 50 человек на два месяца) и массы дополнительного арктического снаряжения. Были закуплены и отправлены армейские палатки из более прочного и тяжёлого брезента, лучше приспособленные держать снег и лёд, а губернатор Северной Гренландии лично от себя поставил «по 50 пар порток и ботинок тюленьей кожи плюс спальные мешки на собачьем меху». Также на борт «Нептуна» погрузили пять саней с полным комплектом кожаной упряжи и пять свор собак для их буксировки.
Полученные Бибом распоряжения были ясны как полярный день: «Выступаете в бухту Леди-Франклин… и там поступаете в распоряжение лейтенанта Грили и следуете его дальнейшим указаниям». Затем, когда судно будет готово и погода будет благоприятствовать, опять же, по приказу Грили «Нептуну» предстояло выступить обратно в порт приписки и доставить туда депеши, рапорты и груз, который командующий экспедицией сочтёт нужным отправить на Большую землю. Если же Бибу с «Нептуном» не удастся дойти до форта Конгер, им полагалось «складировать припасы в пунктах A и B согласно заранее согласованной с Грили письменной инструкции – на мысе Хокс со стороны Элсмира и острове Литтлтон у гренландского берега». После этого Биб должен был оставить для Грили в условленном месте на мысе Сабин записку с подробным разъяснением, что и где им оставлено, и описанием ситуации, вынудившей его поступить именно так.
Но ко времени фактического отбытия «Нептуна» из Сент-Джонса на север Биб успел реально проникнуться ситуацией и встревожиться. Они вышли в путь на пять недель позже изначально запланированного, и Грили с его людьми давно заждались их в 1400 морских милях к северу. И в день отплытия, между прочим, Локвуд и Брэйнард всё так же несли дозор на макушке Каирн-Хилл, выглядывая долгожданную помощь с юга.
Биб не был моряком, и вскоре после отправления из порта его жутко укачало из-за шквальных ветров со штормами, вплоть до нежелания жить дальше. «Чем так плыть, лучше бы уж нам было пойти ко дну», – стенал он. Но не вышло. Корабль был в надёжных руках. За штурвалом «Нептуна» стоял не кто иной, как Джеймс Норман, в прошлом сезоне лоцманом проводивший «Протей» через местные льды и знавший тут всё от и до, а своё судно – и подавно. Он заверил Биба, что «Нептун» всё выдержит и доберётся до места в кратчайшие сроки благодаря новёхонькому котлу, превращавшему его судно в быстроходный пароход и мощный ледокол.
Оптимистичные предсказания Нормана были оспорены толстым льдом на траверсе острова Диско, замедлившим скорость их продвижения до черепашьих считаных узлов. То есть «Нептун», конечно, свои ледокольные качества проявлял в полной мере, просто они пробивались к северу медленнее, чем мыслилось Норману, а затем в заливе Мелвилл паковые льды сделались ещё толще. До мыса Йорк в пределах видимости они добрались лишь 25 июля, но тут погода ухудшилась настолько резко, что снег с дождём эту видимость сокрыл, залепив шкиперу и штурману Норману глаза. Они вынужденно дрейфовали 3 суток в обратном направлении, а затем, как только непогода отступила, повторно продирались к северу мимо острова Литтлтон. Именно тут Биб, поднявшись на мостик к Норману, и увидел то, от чего его сердце ёкнуло: «Непрерывный ледяной барьер из толщи льда высотой от 12 до 20 футов наглухо перекрывал выход из пролива Смита». Эта ледяная стена простиралась от залива Росс на западе до мыса Инглфилд на востоке. Норман, конечно, пытался найти какие-то проходы сквозь этот пак, но в итоге вынужден был вернуться к югу и бросить якорь в относительно тихой гавани Пандора[24].
24
Гавань Пандора в южной части горловины пролива Смита (https://goo.gl/maps/cLhf2m6bLgY85Mmz9) названа в честь «Пандоры» (будущей «Жанетты» Делонга), на которой в точности так же не сумела пробиться в 1875 г. через льды английская экспедиция сэра Аллена Юнга. –