Санын сразу достала телефон и показала ему фотографию Сумин:
– Знаете ее?
Мужчина посмотрел на фото, нахмурился, покачал головой и вернул телефон Санын:
– Не знаю.
– Никогда ее не видели?
– Не видел.
– Тогда Чхве Тхэгён. Что насчет него? Вот, посмотрите.
Санын показала другую фотографию, и выражение лица мужчины изменилось.
– Зачем он вам?
– Ах да, мы пришли по его просьбе. Чхве Тхэгёна. Договорились встретиться здесь, но он не отвечает на звонки… – Санын умело выкрутилась.
Мужчина оглядел нас по очереди и указал на что-то за нашими спинами. Обернувшись, я увидела худого парня с перманентной завивкой, который только что слез со скутера для доставки.
– Чхве Тхэгён? – когда я произнесла его имя, он, наконец, заметил нас и замер.
– А вы кто?
– Задние ворота университета Инха!
– Значит, это вы мне звонили.
Парень с неловкой улыбкой продолжал изучать нас:
– А как вы здесь оказались? Кем вы приходитесь Сумин? Ее здесь нет. Уходите.
– Я родственница Сумин. Точнее, ее покойной матери.
Парень посмотрел на живот Санын:
– Ее тетя?
– Да.
– Правда? Ух ты!
Похоже, вид беременной Санын убедил парня в том, что она не представляет угрозы, и он немного расслабился. Возможно, та нарочно надела облегающую одежду, чтобы вызвать такую реакцию.
– Но зачем вы здесь? Сумин у вас?
– Нет…
В этот момент с верхнего этажа, громко шлепая тапочками, спустились девочка в розовых пижамных штанах и футболке и мальчик примерно ее же возраста. Они поздоровались с Тхэгёном:
– Папа! Дай нам сладости!
Дети шаловливо подбежали к парню, называя его папой, но остановились, увидев нас с Санын. Тхэгён потряс перед ними пакетами, которые держал в руках.
– Это тетя Сумин!
– Правда? Черт! Значит, та скрывается у тети?
– Она попросила принести ее вещи? Ого… А на звонки не отвечает!
Я взглянула на Санын, не понимая, о чем говорят дети. Она казалась погруженной в размышления и прикусывала губы. Тем временем ребята начали разбирать пакет со сладостями, который держал Тхэгён.
– Вафли, медовые крендельки… Ты совсем дед, что ли? Кто такое нынче покупает?
– Знаете, на самом деле я тоже ищу Сумин, – вдруг сказала Санын.
После этих слов веселые лица детей заметно помрачнели.
– Вы ведь голодны, да?
Дети энергично закивали в ответ на слова Санын.
Комната в мотеле была тесной, несмотря на то что там стояли только кровать, небольшой телевизор и холодильник. На полу валялись пакеты от чипсов и контейнеры от лапши быстрого приготовления, а детское нижнее белье и носки были развешаны по оконным рамам и полкам у телевизора. В темной комнате смешались запахи дешевого моющего средства и затхлости. Интересно, сколько времени они прожили тут?
– Вы вчетвером жили здесь? Вместе с Сумин?
– Да, здесь вполне нормально. Есть даже окно. До этого мы жили в комнате без окна. Эта стоит на десять тысяч вон дороже, но человеку нужен хоть какой-то солнечный свет, верно?
Мальчик по имени Ёнтхэ, жуя кусок жареной свинины в кисло-сладком соусе, с ухмылкой описывал комнату. Мы с Санын заказали для них лапшу чачжанмён[1] и свинину. Дети с жадностью ели, словно это был настоящий пир.
– А что сказала Сумин, когда уходила?
– Если я вам расскажу, дадите денег? – сказала девочка по имени Чхэён, беззвучно рассмеявшись.
Я растерялась, но Санын кивнула:
– Конечно, заплатим. Сколько? Сто тысяч вон?
Чхэён решила поторговаться и подняла цену:
– Сто пятьдесят.
– Хорошо, пусть будет так.
Санын достала кошелек, вынула купюру в пятьдесят тысяч вон и протянула ее детям.
– У меня с собой только это. Остальное сниму в банкомате и отдам позже.
Чхэён быстро выхватила деньги и спрятала в карман.
– Это случилось в марте, правда, папа? – спросила Чхэён, глядя на Тхэгёна.
– А почему ты называешь его папой?
– Ой, просто… У нас тут типа своя семья, понимаете? Тхэгён самый старший, поэтому он папа. Сумин хорошо зарабатывала, больше всех убиралась и стирала. И еще она очень добрая. Поэтому она была для нас мамой. Ёнтхэ был старшим сыном, а я младшей дочерью. Это у нас такая игра.
История о том, как беглые дети распределяли семейные роли, звучала странно. Чхэён объяснила это довольно логично и попыталась вспомнить дату исчезновения Сумин.
– Но это же был тот день, когда Тхэгён и Сумин поссорились. Я пошла в аптеку из-за менструальных болей. Он ударил Сумин, она разозлилась и ушла. Мы думали, что она скоро вернется. Ведь среди тех, кто живет на улице, есть много плохих людей. Но мы не такие, мы очень близки. Мы не делаем друг другу плохого.
1
Чачжанмён – блюдо из лапши с мясом и овощами под черным соусом «чачжан», которое подается в ресторанах китайской кухни в Корее.