Двадцать минут спустя они вышли на улицу и жадно вдохнули свежий воздух.
Пеллэм спросил:
— Скажите же, черт побери, что все это значит?
Маккенна указал на здание, из которого они только что вышли.
— Я намерен стереть все такие места с карты Нью-Йорка. Они являются пятном позора… Прошу прощения, мне кажется, я заметил у вас на лице цинизм? Вы недоумеваете, почему Роджер Маккенна хочет сделать доброе дело? О, я не мать Тереза. Но от этой дряни плохо всем. И в моих интересах устроить в этом районе хорошие, дешевые детские сады.
— Детские сады?
— А также чистые парки и бассейны. Мне нужны родители, которые со спокойной душой оставят в этих заведениях своих детей, а сами отправятся на работу в моих офисах. Мне нужны подростки, играющие в баскетбол на оборудованных площадках и плавающие в чистых бассейнах, чтобы они по ночам не нападали на жителей моих домов. Я пекусь о собственной выгоде? Естественно. Называйте это как хотите, мне все равно. Я пробовал читать Эйн Рэнд[80] в колледже, но так и не смог ее осилить.
— Зачем вы привели меня сюда?
— Потому что я уже давно к вам присматриваюсь. Вы снимаете документальный фильм об этом районе. И вы, как и все, собираетесь облить меня грязью.
— Вы так думаете?
— Я притягиваю желтую прессу как магнит, и меня уже тошнит от этого! Я хочу убедиться, что вы расскажете все как есть. Никто даже не догадывается, что я делаю для района.
— А что именно?
— Как насчет общественного парка на Сорок пятой улице, который облагоустроен на мои собственные, твою мать, деньги? А ремонт бассейна для департамента парков и общественных мест отдыха, который, даю слово, будет закончен к началу нового учебного года? А новый детский сад на пересечении Тридцать шестой улицы и…
— Подождите — на пересечении Тридцать шестой улицы и Десятой авеню? Дом на углу?
Здание, в котором находится контора Луиса Бейли.
В котором Маккенна якобы собирался устроить гарем для своих любовниц.
— Да, он самый. Я превращу в нем три этажа в лучший детский сад в стране. Если родители работают или ищут работу, их дети смогут остаться в саду за пять долларов в день, на полном обеспечении. Кормежка, игротека, воспитатели, книги…
— И, полагаю, соседнее здание сгорело дотла по чистой случайности, так? Этот пожар не имеет никакого отношения к Башне?
Маккенна снова взорвался.
— Послушайте, возможно, в «Городе мишурного блеска» вы большая шишка, но это чистейшей воды клевета! Я подам на вас суд, черт побери вашу задницу! Я никогда в жизни ничего не поджигал. Можете проверить все мои стройки начиная с самого первого дня. Если хотите, я вместе с вами здание за зданием пройдусь по всему списку.
— А что насчет тоннеля? Ради него вы ничего не поджигали?
Маккенна нахмурился.
— Вам известно о тоннеле?
— А еще мне известно о вашем договоре с Джимми Коркораном.
Подрядчик изумленно заморгал. Затем сказал:
— Ну, черт возьми, всего вам точно не известно. Тоннель не проходит под сгоревшим зданием. Он поворачивает на запад к станции «Кон-эд». И проходит под зданием, в котором будет размещен детский сад — и которое, по счастливой случайности, принадлежит мне.
Ого. То здание, где находится контора Бейли.
— Да, я получил у Коркорана права на использование подземного пространства. Но то, другое здание меня совсем не интересует. Если вы так хорошо разбираетесь в земельных кадастрах и архивах землепользования, почему бы вам не разыскать владельца и не начать шпионить за ним?
Пеллэм объяснил ему о фонде Святого Августина.
— Это лишь прикрытие. Я полагал, что настоящим владельцем являетесь вы. Вот что я искал у вас в кабинете. Какую-либо связь с фондом.
Маккенна больше не злился на него. Он задумчиво кивнул.
— Права собственности спрятаны за некоммерческой организацией. Чертовски хитро. Поскольку любая прибыль невозможна, генеральная прокуратура особо внимательно приглядываться не станет.
Подрядчик произнес это с восхищением, судя по всему, откладывая идею для дальнейшего использования.
— Всех членов попечительского совета фонда не существует в природе. Но адвокат, с которым я работаю, сказал, что потребуется несколько недель, чтобы выяснить, кому в действительности принадлежит этот участок.
Маккенна презрительно расхохотался.
— Найдите себе другого адвоката!
— У вас получится лучше?
— Да, черт возьми. Я смогу это узнать за пару часов. Но зачем? Какая мне в этом выгода?
«Вот что самое главное для мистера Маккенны. Необязательно вести с ним честную игру, но играть нужно в любом случае.»
80
Рэнд, Эйн — американская писательница русского происхождения, в 1923 году эмигрировала из Советской России. В ее самом известном произведении — романе «Атлант расправил плечи» — на фоне увлекательного сюжета излагается четкая философская и экономическая модель общества, основанного на индивидуализме, уважении личности Человека и признании его свободы.