Агасфер

Иди!.. Сейчас с вершины этого холма ты увидишь в долине тот рай трудящихся, в котором ты являешься благословляемым и чтимым божеством!

И вот господин Гарди на вершине холма.

В эту минуту пламя пожара, временно притихшее, с новой яростью охватило общежития. Яркий свет, сначала беловатый, потом рыжий и затем медно-красный залил весь горизонт.

Господин Гарди смотрел… и не верил своим глазам. Его изумление перешло в какое-то тупое недоумение. В это время громадный сноп пламени вырвался из дымного столба и устремился к небу, окруженный тучей искр, осветив пылающим отблеском всю долину до самых ног господина Гарди. Сильный северный ветер, то вздымая огненные языки, то расстилая их по земле, донес до ушей господина Гарди учащенные звуки набата с его фабрики, охваченной пламенем.

Часть пятнадцатая С РОДЕНА СОРВАНА ЛИЧИНА

I Посредник

Прошло несколько дней после пожара на фабрике господина Гарди. Следующая сцена происходила на улице Хлодвига[458], в том доме, где у Родена было убежище, которое он теперь покинул, и где Пышная Роза продолжала без зазрения совести хозяйничать в квартире своего дружка Филемона.

Было около полудня. Студент все еще отсутствовал, и Роза весело завтракала одна у камина.

Какой удивительный завтрак, какой необыкновенный огонь, какая странная комната!

Представьте себе довольно большое помещение в два окна, которое хозяин не счел нужным закрыть занавесками, из-за того, вероятно, что они выходили на пустырь, и нескромные взгляды сюда не проникали Одна часть комнаты служила гардеробной: там висел изящный костюм дебардера, принадлежавший Пышной Розе, рядом с матросской рубашкой Филемона и панталонами из серого холста, пропитанными смолой до такой — тысяча чертей! тысяча акул! тысяча китов! — степени, точно этот неустрашимый моряк совершил на марсе фрегата целое кругосветное плавание. Платье Пышной Розы изящно драпировалось поверх панталон Филемона, выглядывавших из-под юбки. На последней полке небольшого книжного шкафа, покрытого густым слоем пыли, рядом с тремя старыми сапогами (почему три?) и с пустыми бутылками красовался череп, подарок на память об остеологии[459] и дружбе от одного из приятелей Филемона, студента-медика. В виде забавы, обычной и популярной в Латинском квартале[460], в зубах, необыкновенно белых, черепа торчала прокуренная глиняная трубка. Блестящий череп до половины исчезал под старой шапкой, ухарски надвинутой набекрень и украшенной цветами и выгоревшими лентами. Когда Филемон бывал пьян, он подолгу глядел на него и разражался дифирамбическими монологами[461] на тему философского сближения смерти с безумными радостями жизни. На стенах были прибиты две или три гипсовые маски с более или менее отбитыми носами и подбородками — воспоминание о временном увлечении Филемона френологией[462]. Из этих терпеливых и основательных занятий он извлек суровое заключение: «Ввиду необыкновенного развития у меня шишки долгов, я вынужден подчиниться роковой особенности организма, при которой кредитор является для меня жизненной необходимостью!» На камине красовались в полной неприкосновенности и во всем своем торжественном величии парадный кубок Филемона — приз за гребную гонку, чайник с отбитым носиком и чернильница из черного дерева, отверстие которой затянулось густой зеленой плесенью.

Время от времени тишина прерывалась воркованием голубей, которых Роза милосердно приютила в кабинете Филемона.

Зябкая, как перепелка, Роза сидела в углу у камина и как, бы расцветала под живительным теплом солнца, заливавшим ее своими золотыми лучами. Резвое маленькое создание придумало себе самый необыкновенный костюм, который, впрочем, как нельзя выгоднее подчеркивал цветущую свежесть ее семнадцати лет, пикантного и очаровательного личика, обрамленного прелестными белокурыми волосами, тщательно расчесанными и приглаженными с утра. Прямо на рубашку[463] Роза вместо капота[464] надела красную вязаную фуфайку Филемона, составлявшую часть костюма гребца; открытый и отложной ворот позволял видеть белизну полотняного белья девушки, ее шею, верхнюю часть округлой груди и плечи с ямочками; атласная кожа этих сокровищ была столь плотной и гладкой, что красная рубашка, казалось, отливала на коже розоватым оттенком. Свежие и пухлые руки гризетки до половины выходили из широких засученных рукавов, а хорошенькие ножки, положенные одна на другую, позволяли видеть туго натянутый белый чулок[465] и крошечные туфли на каблуках. На осиной талии молодой девушки рубашка была перетянута черным шелковым галстуком над бедрами, достойными священного восторга современного Фидия[466], и это придавало костюму Пышной Розы подчеркнутую соблазнительность и оригинальную грацию.

458

Улица Хлодвига. — Названа именем Хлодвига I, сына короля Хильдерика II из рода Меровингов, короля франков с 481 по 511 г., покорившего Галлию и основавшего Франкское королевство. После крещения в Реймсе (496 г.) способствовал распространению христианства на территории королевства. Его жизнеописание излагается, в частности, в «Истории франков» св. Григория Турского, епископа из Тура, называющего Хлодвига «великим и могучим воином». Известно изображение Хлодвига в сцене крещения на западном фасаде Реймского собора XIII в.

459

Остеология — раздел анатомии, изучающий строение и форму костей в связи с их функцией.

460

Латинский квартал — студенческий квартал в Париже на левом берегу Сены, известный своим Университетом, основанным Робером де Сорбоном (1201–1274) в середине XIII в. Получил соответствующее наименование, поскольку обучение в средние века велось на латинском языке. Со времен основания отличался особым оживлением и юмором, царившим среди школяров и студентов.

461

…разражался дифирамбическими монологами… — То есть преувеличенно восторженными и хвалебными речами. От дифирамба — драматизированного песнопения в честь древнегреческого бога Диониса.

462

Френология — учение о связи характера и умственных способностей человека с формой черепа. Основатель теории Франсуа-Жозеф Галл (1758–1828) связывал морально-этические качества и умственные способности человека с определенными участками головного мозга. Со строением темени ассоциировались моральные качества, с лобной частью — интеллектуальные способности, с затылком — животные инстинкты и низменные наклонности. Основной труд Ф.-Ж. Галла «Анатомия и физиология нервной системы в целом и мозга в частности в сопровождении с замечаниями по распознанию моральных и интеллектуальных способностей человека по строению черепа» опубликован во Франции в 1810–1820 гг. и в 1822–1825 гг. Наряду с многочисленными сторонниками теория Галла имела и ярых противников среди теологов, обвинявших Галла в фатализме и материализме. Скептическое отношение Э. Сю к френологии звучит, в частности, в комичном заявлении Филемона, оправдывающего многочисленные свои долги «роковой особенностью организма» — чрезвычайно развитой «шишкой долгов».

463

Прямо на рубашку… — Как отмечают историки моды, в повседневной носке ночные рубашки появляются только в первой трети XIX в., при этом они одинаковые у мужчин и у женщин. Изготавливаются преимущественно из полотна или батиста.

464

Капот — женское домашнее платье свободного покроя, служившее вместо халата.

465

…туго натянутый белый чулок… — роль чулка в женской моде возрастает в той мере, в какой укорачивается юбка. В 30-е гг. XIX в. предпочтение отдается белым чулкам, хотя встречаются и чулки светло-пастельных тонов. Особое внимание к ношению данного предмета туалета проявляется, в частности, в одной из гравюр Ф. Гойи с характерным пояснением: «Чулок должен быть туго натянут».

466

…бедрами, достойными священного восторга современного Фидия… — Сравнение прелестей юной гризетки со скульптурными образами древнегреческого ваятеля Фидия (498–438 гг. до н. э.), хотя и вписывается в систему общих мест массовой литературы нового времени, не может тем не менее не вызвать и определенного комического эффекта. Этому способствует во многом внутреннее противоречие образа Пышной Розы и модели Фидия — древнегреческой богини мудрости и справедливой войны Афины (Афина Промахос, Афина Парфенос, Афина Лемния), известной целомудрием и защитой общественного порядка.