Агасфер

С некоторого времени, по мере того как Роден держал эту речь, его лицо страшно изменилось. Мертвенная бледность перешла в красноту, выступавшую пятнами. По необъяснимой причине глаза — странное явление! — становились все более блестящими и как-то странно вваливались. Голос Родена дрожал, сделавшись чрезвычайно резким и отрывистым. Перемена была так заметна для всех, кроме него, что другие участники этой сцены смотрели на Родена просто со страхом.

Обманываясь насчет причины этого впечатления, Роден возмутился и воскликнул прерывающимся голосом, невольно задыхаясь:

— Как? Я читаю в ваших взорах жалость к этой нечестивой семье?.. Жалость… к этой девушке, никогда не посещающей храма и устроившей у себя языческие алтари?.. Жалость к этому Гарди, сентиментальному богохульнику, филантропу-атеисту, не имевшему даже часовни на своей фабрике… осмеливавшемуся сопоставлять имена Сократа[530], Платона[531], Марка Аврелия[532] с именем Спасителя, называя Его Иисусом, божественным философом?[533] Жалость к этому индусу из секты браминов?[534] Жалость к этим двум сестрам, даже не крещеным?.. Жалость к этому животному Жаку Реннепону?.. Жалость к болвану-солдату, для которого Наполеон — Бог, а военные бюллетени — Евангелие?.. Жалость к этой семье предателей, чей предок, проклятый изменник, не только украл наше состояние, но еще из могилы, через полтораста лет, возбуждает потомков подняться против нас?.. Как! Мы не имеем права раздавить этих гадин, прежде чем они выпустят свой яд?.. А я вам говорю, что обречь эту нечестивую семью на скорбь, отчаяние и смерть, пользуясь ее же разнузданными страстями, — это подвиг, полезный пример и богоугодное дело!..

Роден был ужасен в своей ярости. Глаза его горели. Губы пересохли, холодный пот струился по вискам, где явственно бились жилы. Ледяная дрожь охватила его тело. Приписывая это возрастающее недомогание переутомлению после ночи, проведенной за письменным столом, и желая подкрепить падающие силы, Роден снова подошел к буфету, налил себе новый стакан вина и, выпив его залпом, вернулся к столу в ту минуту, когда кардинал сказал:

— Если нужно было бы оправдывать ваше поведение относительно этой семьи, вы превосходно бы себя оправдали вашими последними словами… Не только в глазах казуистов, которые вполне признают законность ваших действий, но и перед лицом человеческих законов вы ничего не сделали достойного осуждения; что же касается законов Божеских, то ничем нельзя больше угодить Богу, как уничтожив нечестивого врага его же оружием.

Отец д'Эгриньи чувствовал себя побежденным дьявольской самоуверенностью Родена, и им овладело чувство боязливого изумления.

— Сознаюсь! — проговорил он. — Я виноват, что осмелился усомниться в уме вашего преподобия. Я был обманут кажущейся простотой ваших средств и рассматривал их по отдельности, не имея возможности судить о них в их ужасном целом и не догадываясь об их последствиях. Теперь я вижу, что успех благодаря вам несомненен.

— Вы снова преувеличиваете! — с лихорадочным нетерпением возразил Роден. — Все эти страсти в настоящее время, без сомнения, кипят, но теперь самая критическая минута… Как алхимик, склонившийся над тиглем[535], где варится смесь, которая должна ему дать или богатства или смерть… я один могу теперь…

Роден не закончил. Он схватился обеими руками за голову с глухим стоном.

— Что с вами? — спросил отец д'Эгриньи. — Вы страшно бледнеете…

— Не знаю, что со мной, — отвечал Роден изменившимся голосом. — Головная боль делается нестерпимой: я чувствую, что на минуту терял сознание…

530

Сократ (ок.470–399 гг. до н. э.) — древнегреческий философ, учение которого известно в изложении учеников, главным образом по так называемым «сократическим сочинениям» Платона и Ксенофонта. В сознании последующих поколений ассоциируется с образом кристально честного человека, независимого философа-мудреца, для которого поиски истины выше любых других побуждений.

531

Платон (427–347 гг. до н. э.) — древнегреческий философ, основатель платонизма. Основным методом познания действительности избрал диалог, в ходе которого собеседники стремятся не столько доказать свою правоту, сколько постигнуть истину совместными усилиями.

532

Марк Аврелий (121–180) — римский философ-стоик, император с 161 г., автор сочинения «К самому себе», содержащего рассуждения по вопросам мироустройства и этики. Все происходящее в мире рассматривается как проявление промысла природы, отождествляемой с богом — активным и разумным началом, пронизывающим весь мир. Личное религиозное отношение к миру как к богу сочетается с требованием активного сотрудничества каждого человека с мировыми силами.

533

…называя Его Иисусом, божественным философом? — Основанием сравнения является категория истины: в ее поисках пребывают философы, ранее упомянутые Платон, Сократ и Марк-Аврелий; о ней же свидетельствует Иисус Христос. В Евангелии от Иоанна говорится: «Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине; всякий, кто от истины, слушает гласа Моего» (18, 37).

534

…индусу из секты браминов? — Подразумевается одно из религиозно-философских течений индуизма с тройственным образом бога (тримурти) — Брахмой, Вишну и Шивой, мыслимых в онтологическом и функциональном единстве.

535

Как алхимик, склонившийся над тиглем… — наряду с колбами и горелкой, тигель, огнеупорный сосуд для плавки или нагрева различных материалов, был непременной частью инструментария алхимиков для поисков «философского камня» и «трансмутаций металлов» — превращений простых металлов в драгоценные, золото в том числе. В рецепте английского алхимика XV в. Дж. Рипли сказано: «Чтобы приготовить эликсир мудрецов, или философский камень, возьми, сын мой, философской ртути и накаливай, пока она не превратится в зеленого льва. После этого прокаливай сильнее, и она превратится в красного льва. Дигерируй этого красного льва на песчаной бане с кислым виноградным спиртом, выпари жидкость, и ртуть превратится в камедеобразное вещество, которое можно резать ножом…» и т. д. В результате подобных опытов Иоганн Фридрих Бетгер открыл в Мейсене, вместо золота, секрет производства твердого фарфора.