КНИГА ЧЕТВЁРТАЯ
Среди волков[49]
Глава четырнадцатая
Звон гиней[50]
Робби Бэдд прибыл в Париж. На борту парохода он получил известие об аресте де Брюинов, а в поезде, идущим из порта, получил газеты и полностью ознакомился с состоянием дел. Французская полиция арестовала сто или более заговорщиков, и, по крайней мере, десятка два из них были людьми состоятельными. Симпатия Робби была на стороне таких людей в любой точке мира и независимо от того, что они сделали, при условии, что это было на благо и защиту их класса. Правительство Франции было социалистическим, и этого было достаточно, чтобы понять, что оно некомпетентно и опасно. Люди, которые пытались избавиться от него, могли быть неосмотрительны, но их действительно нельзя было обвинять.
Робби был ожесточён особенно прямо сейчас, потому что почти социалистическое правительство его собственной страны остудило его горячий энтузиазм. Он объявил, что скорее выйдет из бизнеса, чем будет иметь дело с организаторами профсоюзов, но когда дело дошло до разборок, он почувствовал себя обязанным учитывать интересы своих акционеров. Проходили сидячие забастовки по всей стране, и сотрудники Нового Курса старались изо всех сил, чтобы предотвратить большинство из них. Робби было ясно сказано, что это ему не будет позволено. И, что самое возмутительное, "Закон Вагнера" в разделе трудовых отношений делал темные намеки, что с задержками в размещении государственных заказов могут столкнуться те работодатели, которые отказались встретиться с представителями профсоюза и выработать соглашения.
Робби переживал трудные времена, и он просто не мог бы выжить без государственных заказов. Это было унизительно, возмутительно, оскорблением его достоинства, как человека, и его прав, как гражданина. Но он был вынужден подчиниться воле этих новых царей, чиновников, а также их союзников и политических сторонников, представителей профсоюзов, профсоюзных рэкетиров. Это был политический заговор. Эти ребята выложили полмиллиона долларов, чтобы избрать Рузвельта, и теперь они пришли, чтобы забрать свою долю. Это означало смерть и похороны того, что Робби называл "системой свободного предпринимательства". Ему не приходило в голову сказать, что он и его соратники стремились победить Рузвельта, или использовать его правительство, как в старые добрые времена, когда никто не оспаривал их контроль.
Ланни имел много споров с отцом по таким вопросам, и было принято решение больше этого не касаться. Он выслушал рассказ о том, как Робби, не желая встречаться с узурпаторами, делегировал эту неприглядную работу одному из своих вице-президентов и нескольким директорам. И как тогда, к значительному конфузу Робби, узурпаторам удалось убедить это трио, что их люди очень хотели увеличить выпуск и улучшить продукт Бэдд-Эрлинг Эйркрафт, при условии, что они могли бы иметь право на свои условия их труда и справедливую долю в прибыли, заработанную таким образом. Бедный Робби оказался прижатым к стене. Юнайтед Стейтс Cтил сдалась первой этим грабителям, так случилось и с Дженерал Моторс. Что делать бедному "маленькому человечку"? И вот, Бэдд-Эрлинг Эйркрафт стал предприятием с профсоюзом. Рэкетиры имели право сказать Робби, кого он мог нанять или, вернее, они имели право сказать, что новый работник не мог ходить на работу, пока не получит профсоюзный билет, и не согласится позволить компании вычитать процент его зарплаты и перечислять его профсоюзу. Это называлось "системой вычетов", и деньги будут использованы для расширения влияния союза по отношению к другим предприятиям или, возможно, для того, чтобы позволить бандитам бесплатно кататься в штат Флорида, кто знает? Лицемерно Ланни заметил, что мир меняется, и никто не знает, как остановить эти перемены.
Дени де Брюин и его сыновья пытались внести некоторые изменения в их французский мир, и, видимо, попали в серьезные неприятности. Робби хотел услышать все, что Ланни знал об этом. Он был глубоко огорчен, и, возможно, его долгом было навестить заключенных. Ланни пойдёт с ним? Сын ответил, что он обдумал этот вопрос и решил не ходить. Это была междоусобная ссора французов, самая горькая, насколько это можно себе представить, и они не хотели бы, чтобы иностранцы вмешивались в неё. От бизнеса Ланни как искусствоведа не останется камня на камне, если его заподозрят в этом.
49
От Матфея 10:16 Behold, I send you forth as sheep in the midst of wolves; therefore be shrewd as serpents and innocent as doves. = Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби.
50
Альфред Теннисон. Локсли-холл пер. Д. Катар I had been content to perish, falling on the foeman's ground, When the ranks are roll'd in vapour, and the winds are laid with sound. But the jingling of the guinea helps the hurt that Honour feels, And the nations do but murmur, snarling at each other's heels. = Может, пасть на поле брани, в чужеземной стороне, Где и звуки, и шеренги тонут в мглистой пелене? Где там! Ныне раны Чести исцеляет звон гиней: А народы только ропщут — чем трусливей, тем злобней.