И теперь из мира духов, если это было он, Труди возобновила свой контроль над впечатлительным Ланни Бэддом. Родилась новая религия и новый мученик молвил: "Я с вами во все дни до скончания века[12]". Новый евангелист проповедовал: "Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить. Противостойте ему твердою верою, зная, что такие же страдания случаются и с братьями вашими в мире"[13]. Этот мир, казалось, изменился очень мало за девятнадцать столетий. Та же человеческая слабость противостояла пугающим задачам, и должны делаться те же моральные усилия, и устанавливаться те же запреты, снова и снова, мир без конца, аминь.
Не говоря ни слова, Труди сказала все, что она хотела сказать Ланни. Или хотела бы сказать, если бы это было настоящей Труди, а не порождением подсознания Ланни! Подсознание Ланни знало Труди очень хорошо и без труда придумает все слова для нее. Так что теперь всю оставшуюся жизнь Ланни Труди будет стоять у его кровати, спрашивая: "Что ты сделал для дела сегодня? А твои действия приблизили рабочих к свободе от эксплуатации и от войны? Ты действительно думал об этом или только приятно проводил время, как в прошлом?" Бессознательно, автоматически на ум Ланни приходили эти увещевания, похожие на те, которые он прочитал в отрочестве и которые его пуританский дед в Коннектикуте вдалбливал в классе Библии воскресной школы. "Итак умоляю вас, братия, милосердием Божиим, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего, и не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная."и так далее. "в усердии не ослабевайте; духом пламенейте; Господу служите; утешайтесь надеждою; в скорби будьте терпеливы, в молитве постоянны; принимайте участие в нуждах святых "[14]. Это последнее слово должно быть заменено, потому что их больше не называют святыми, а товарищами и соратниками. Их необходимость была точно такой же, и Ланни был одним из "участников в нуждах" к бесконечному раздражению своей матери и ее друзей, Розмэри, Мари и Ирмы. Каждая в свою очередь негодовали по поводу прихода сброда и швали в их дом, потока писем с просьбами, левых изданий с явными подстрекательствами и непристойно горьких карикатур.
Эти попрошайки и письма перестали приходить в последние годы. Ланни притворялся, что потерял интерес к "делу", и делился своими настоящими мыслями только с полудюжиной друзей. Труди прямо сейчас заклинала его: "Свяжись с подпольем снова, и дай им деньги, чтобы продолжить работу. Не пытайся спасти меня, потому мне нельзя помочь. Не трать свое время на скорбь или сожаления, потому что то, что произошло, не изменишь, а твой долг лежит в будущем".
Да, он слышал все это и знал наизусть. Труди говорила это, и он согласился, и теперь должен подчиниться ее строгому указанию. Он не собирался рассказывать ей о президенте Рузвельте. Но из этой призрачной встречи он узнал, что может рассказать ей, и она ответила: "Для тебя это действительно важная вещь. Если сумеешь убедить Того Человека и привести его к нам, то это будет самая большая заслуга для дела".
"Но можем ли мы доверять ему? Сделает ли он действительно что-нибудь, чтобы помочь нам?" — так он спросил, колеблясь в душе.
— Никто в этом не может быть уверен. Может быть, он сам не знает, что делать. Ты можешь открыть ему глаза. Наблюдай за ним и посмотри, как он использует твою работу.
Всё, что сказало привидение Труди, имело поразительное сходство с тем, что думал сам Ланни. Но это не доказывало, что собственные мысли Ланни рождали похожие мысли Труди. Она так мыслила в течение года брака и несколько лет, предшествующих браку. Она вряд ли отказалась бы от них теперь, когда она была в мире духов, или она была в этом мире? Где она была, и кем она была? Узнай, если сможешь!
КНИГА ВТОРАЯ
Ложь всегда на троне[15]
Глава пятая
15
Лоуэлл, Джеймс Расселл, Нынешний кризис. “Truth forever on the scaffold, Wrong forever on the throne, — Yet that scaffold sways the future, and, behind the dim unknown, Standeth God within the shadow, keeping watch above his own. Правда всегда на эшафоте, Ложь всегда на троне, Но именно этот эшафот определяет будущее, и, за мраком неизвестного Бог стоит в тени, наблюдая за своим созданием.