Сингапур,
Отель Мандарин Ориентал.
19 января 2031 года. Вечер.
Несмотря на мелкий моросящий дождь, вид из огромного панорамного окна Аксис Лаундж[53]открывался изумительный. Переливающиеся огнями небоскребы Сингапура очень напоминали ночной Нью-Йорк, каким он был до удара цунами — жизнерадостным, безрассудным, жестоким к тем, кого он не принял и благосклонным к своим фаворитам. Росс сделал глоток виски, бросил в рот пару орешков и, откинувшись в глубоком кресле, закрыл глаза. Через легкий, чуть слышный джаз, заполнивший окружающее пространство, он невольно перенесся на несколько месяце назад в Веллингтон. Он снова услышал нарастающий утробный рокот приближающейся гигантской волны, хруст рушащихся высоток, почувствовал глухие удары, сотрясавшие отель, когда поток бросал на стены, подхваченные им автомобили, увидел испуганные взгляд Джил…
Видение было настолько явным, что он ощутил как зашевелились волосы на затылке и по спине мелкой дрожью пробежал противный холодок. Он открыл глаза, потянулся к стакану и, встряхнув кубики льда, сделал еще один глоток. Нет, все это в прошлом. Теперь он в безопасности. Он и Джил.
Вот только от прошлого не скрыться за океаном. И Коэн… Старый дружище Коэн никак ни оставит его в покое.
После операции в Канаде они с Джил перебрались в Сингапур. Поначалу Росс думал провести здесь всего пару недель — отдохнуть, уладить дела с местными банками. Чутье подсказывало ему, что в это время находиться слишком близко возле Китая нельзя, и он планировал переехать в Австралию. Забраться глубоко в буш, подальше от политики, от людей, от прошлого. Построить бункер, запастись продуктами и всем необходимым, чтобы переждать войну. А то, что война будет, он не сомневался.
Так он планировал еще месяц назад. Но Сингапур затянул его в свою сладкую пучину. Ему нравилась южная расслабленность мегаполиса, скрывающаяся за повседневной азиатской суетой, нравилась пестрая мозаика его обитателей собравшихся сюда со всего мира, и такой непривычный порядок и чистота на улицах, и торговые молы и дорогие рестораны, предлагавшие изысканные блюда всех стран мира. Но больше всего ему нравился вид из Аксис Лаундж на ночные небоскребы, стоящие напротив, за бухтой. Ведь они так напоминали Нью-Йорк.
Хриплые, ленивые переливы саксофона продолжали струиться по бару. Стоящий у стойки, вышколенный официант, заметив, что стакан виски почти опустел, подошел к столику и, ничего не говоря, чуть склонился в ожидании. Росс лениво кивнул, и через несколько секунд перед ним появилась новая порция напитка. Он взглянул на часы. Коэн опаздывал.
После окончания операции в Канаде, они договорились держать связь через интернет. Росс, конечно, мог попытаться скрыться, и скорее всего ему бы это удалось, но они расстались друзьями, поэтому особых причин прятаться не было. Конечно, по правилам большой игры[54] следовало бы зачистить всех, кто участвовал в канадской авантюре, но у Росса была на этот случай неплохая страховка, в виде гигабайта файлов, содержащих информацию по разработке и проведению операции. Согласования, инструкции, планы размещения боевых групп, снятые с беспилотников кадры самой операции хранились в надежном месте и в нужный момент могли стать достоянием иностранных разведок. Поэтому Росс не верил, что его могут ликвидировать. Более того он, почему-то был уверен, что в случае чего, Коэна опять можно будет попросить о помощи. И такой момент настал.
Новостные программы пестрели сводками о ситуации в Америке. Сведения были довольно отрывочными потому, что иностранных журналистов не пускали дальше одного-двух причесанных и вылизанных до блеска лагерей беженцев, а новости от американских агентств, были явно отфильтрованы органами цензуры. Но даже тех обрывков информации, которые появлялись в открытом доступе было достаточно, чтобы понять, что ситуация в стране вышла из-под контроля. Правительству ценой огромных жертв среди населения почти удалось затормозить развитие эпидемии, создав карантинные зоны и лагеря, но медики в один голос говорили, что как только пройдут морозы, мутировавший штамм гриппа и атипичная пневмония ударят с новой силой.
И тут Росс подумал о детях.
До катастроф оба сына работали в Калифорнии в Силиконовой долине в крупных IT кампаниях. Нельзя сказать, что у него с ними были хорошие отношения. Дети откровенно не любили его работу, считая ее грязным и, чуть ли, не подлым делом. Они не любили почти все, что ему нравилось: алкоголь, оружие, женщин. Со своей стороны он не понимал их. Как можно есть стейк с кровью и запивать его колой а не красным вином, просиживать вечера за виртуальным шутером и ни разу не выстрелить из настоящего оружия хотя бы по мишени. В общем — дети явно пошли в сердобольную мамочку, которая всю жизнь промоталась по Африке, раздавая ооновскую помощь, бедствующим племенам. Росс знал, что сыновья находятся в относительной безопасности. Как только в Калифорнию хлынул поток беженцев, мажорные офисы Силиконовой долины были отданы под их размещение, а знаменитые на весь мир инновационные кампании практически прекратили работу. Тогда младший сын с семьей перебрался к старшему. У него был небольшой уединенный домик в горах Сьерра Невада[55]. Там они переждали и военный переворот адмирала Брэдока и разгром губернатора Калифорнии Митчела и его сепаратистов. Дом был почти автономен, только зимой приходилось экономить на электричестве — не хватало мощности солнечных батарей. А вообще даже в холода там можно было вполне комфортно жить.
53
Аксис Лаундж — популярный у туристов бар находящийся в отеле Мандарин Ориентал в Сингапуре.
54
Большая игра (англ. Big Game) — на жаргоне ЦРУ обозначает масштабные особо секретные операции.