Я снова простонала и упала лицом в раскрытые ладони.
– Слушай, принцесса, я понимаю, что все очень плохо, но если ты не хочешь до конца своих дней сидеть взаперти, предлагаю тебе собраться и ехать домой, – Томми сказал, складывая подушки и показывая мне кивком головы, чтобы я помогла свернуть оставшиеся пледы.
Я кивнула и помогла ему все упаковать, после чего мы сели в машину и направились к моему дому.
Мы не успели отъехать достаточно далеко, когда салон машины вдруг снова наполнился любимыми песнями Тома, который в ту же секунду начал подпевать им. У меня создавалось такое ощущение, будто я была здесь лишней, потому что парню явно было неплохо и одному в компании музыки прошлой эпохи. Но, с другой стороны, я задумалась над тем, как, должно быть, ему было одиноко, раз он так прекрасно чувствовал себя наедине с самим собой.
– Say goodbye, close your eyes remember meeee. Walk away, the sun remains remember meeee6, – снова донеслось со стороны Тома. Я недоуменно приподняла левую бровь и взглянула на него исподлобья.
– Я родился не в том веке, – он пояснил, на секунду оторвав взгляд от дороги, и пожал плечами. Заразительная улыбка озарила его лицо, отчего я поймала себя на мысли, что тоже улыбаюсь.
– Почему именно это музыка? – я спросила.
– Я рос на ней. Папа всегда включал нам с сестрой что-то в этом роде, – он вдруг горько улыбнулся, погружаясь в прошлое и окутывая себя сладостными воспоминаниями, после чего тряхнул головой, как будто желал избавиться от нахлынувших чувств.
– А сейчас?
– Что сейчас? – я увидела непонимание в глазах Тома, когда он перевел на меня свой взгляд.
– Ну, сейчас что, он перестал слушать ее?
– Оу, нет. Сейчас он просто не живет с нами, – Томми отвел глаза в сторону, и я увидела, как он сразу, буквально в эту же секунду поник.
Мне так не хотелось, чтобы он закрывался и снова уходил в себя, когда он только-только начал мне открываться. Он доверил мне одну из самых сокровенных в мире вещей – прошлое. Он рассказал маленькую историю из него, частичку своей жизни, по сути. А я, из-за своей глупости, вновь заставила его закрыться. Но, с другой стороны, откуда же мне было знать о таком?
Господи, почему все так сложно? Или это просто я привыкла все усложнять?
– Мне жаль, – я сказала довольно тихо, но достаточно громко для того, чтобы парень все равно услышал и кивнул мне в ответ.
– Да все нормально. В этом нет ничего такого, на самом деле, – он попытался ободряюще мне улыбнуться, но я видела, чего ему это стоило, сколько боли это причиняло ему.
Все что я смогла сделать, так это выдавить жалкую улыбку, больше похожую на то, что у меня где-то защемило нерв. Я глубоко вздохнула и отвернулась к окну, слушая, как об машину бились камушки, летящие от асфальта, и как тихонько Том продолжал подпевать сменяющим друг друга песням.
Мы подъехали к моему дому, и Томми помог мне выйти из машины, после того, как вышел сам.
– Что ж, спасибо за компанию прошлым вечером, – Том улыбнулся.
– Я так понимаю, мы в расчете, – смешок вырвался из моей груди, когда я вопросительно посмотрела на парня.
– Ммм, полагаю, что да, – он задумался на секунду, сделав максимально серьезный вид, после чего согласно кивнул.
– Тогда спасибо и тебе. Ты оказался не таким уж и плохим компаньоном, – я улыбнулась в ответ и чуть закусила губу.
– Учитывая то, что половину вечера я молчал, – Томми усмехнулся.
– С некоторыми людьми хорошо и просто помолчать, – я пожала плечами.
– Надеюсь, я из их категории.
Том облизал свои пересохшие губы, и в этот момент мое сердце буквально упало в пятки. Я чувствовала, как тяжело стало дышать в ту же секунду, и как мое лицо залилось краской. Эта близость с парнем была настолько мучительно сладкой, что совершенно определенно затуманивало мой разум, и я уже не могла отвечать за последствия дальше. Я изо всех сил старалась держать себя в руках в машине, но после этого, клянусь, я хотела накинуться на него и никуда не отпускать больше, забывая обо всем на свете. Забывая о правильных и неправильных вещах, забывая о мнении людей и даже об Армине. Как вчера, когда мы лежали, соприкасаясь руками и слушая стук своих сердец. Как вчера, когда мы погружались в самих себя, но делали это вместе, как будто были единым целым. Как вчера, когда было хорошо. Как вчера, которое казалось настоящей маленькой бесконечностью, в которой существовали лишь мы вдвоем. Как вчера, которое теперь уже осталось в сумраке увядшего дня, и на смену которому пришло настоящее сегодня, открывая суровую реальность.
– Д-да, – я запнулась, изрядно засмущавшись, и попыталась найти хоть что-нибудь, на чем я могла задержать свой блестящий от возбуждения взгляд и не выдать себя.