Так, стоп.
Первым, что ввело меня в ступор, было то, что родители никогда не оставляли машину на дороге, а заводили ее в гараж, а второе… это был, черт возьми, вообще не мой дом и даже не одна из наших машин!
Я совсем растерялась, оглядываясь вокруг себя и с ужасом отмечая тот факт, что это был вообще не мой район! Господи, куда меня занесло? Я ничего не соображала и судорожно пыталась вспомнить, какой адрес назвала водителю, когда села в такси.
– Да что б меня, – я чертыхнулась себе под нос, когда осознала, что назвала не ту улицу.
И в этот самый момент мобильник предательски вывалился из моих рук, упав на крыльцо с громким треском. Я издала недовольный стон и наклонилась, чтобы поднять его. Надеюсь, он не сломался, потому что иначе из этой дыры я не выберусь, пока не протрезвею. Я искренне полагала, что моя жизнь не могла быть еще более нелепой, но, видимо, ошибалась. Сегодня я превзошла по нелепости сама себя, потому что, как только я подняла телефон и попыталась встать в полный рост, со всей своей силой приложилась головой об дверную ручку и тут же вскрикнула от дикой боли. Итак, смачный стук о дверь вперемешку с криками раненого тапира в 3 часа ночи. Угадайте, как много людей я перебудила? Мне казалось, что всю округу.
Я все еще вопила и чертыхалась, потирая ушибленное место и оперевшись о дверь другой рукой, когда она вдруг внезапно распахнулась, и я довольно шумно завалилась внутрь помещения.
Крепкие мужские руки не дали мне упасть, быстро подхватив меня и плотно прижав к себе. Я открыла, зажмуренные ранее, глаза и, подняв голову, увидела перед собой сонного Томми.
– Бэб? – удивленно произнес он. Его удивление было оправданным. Я имею в виду, нормальные люди обычно спят в такое время.
Я расплылась в блаженной улыбке, увидев его заспанное лицо перед собой. Он был таким домашним и уютным сейчас, как большой теплый свитер, в который хотелось завернуться и сидеть в нем перед теплым камином снежным зимним вечером. Парень на секунду задумался и, чуть принюхавшись, отстранил меня от себя, все еще продолжая придерживать за плечи.
– О, Господи! Ты будто ограбила ликеро-водочный завод, – скривился он. Но даже сквозь эту гримасу я разглядела довольную ухмылку на его лице.
– Насчет ликерного я бы поспорила, – я постаралась оправдаться.
– А вот по поводу водочного даже не пытайся, – рассмеялся парень. – Дай-ка угадаю, в тебе, наверное, около литра, да?
– Как ты узнал? – я попыталась сфокусировать на нем свой взгляд, но глаза собрались сначала в кучку, а потом и вовсе разъехались в разные стороны, поэтому я как можно сильнее тряхнула головой и через секунду пожалела об этом. Все кругом поплыло, и если бы снова не сильные руки Эванза, я бы уже растянулась на полу прямо у его ног.
– Даже не знаю, ты только что материлась, как сапожник на весь район, а потом чуть не вынесла мою дверь. И ты еще спрашиваешь?
Я издала нечто, похожее на «упс», заставляя парня отрицательно покачать головой.
– И если меня, признаюсь, весьма забавляет твое состояние, то миссис Хиггинз оно наверняка привело в ярость. Так что, на твоем месте, я бы постарался не встречаться с ней утром. Поверь, никому не хочется быть покусанным ее питбулем Вельзевулом11. А она спустит его с поводка, не сомневайся.
Даже на очень пьяную голову я попыталась вспомнить, где уже слышала это имя.
– Твоя соседка что, назвала собаку «сатанистским отродьем»?
– Именно.
Я скривила лицо в отвращении.
– Какой ужас, – икнув. – Ой…
– Тааак, – Томми протянул. – Давай-ка, пойдем.
– Зачем? – я снова расплылась в безумной улыбке. С подтекшей тушью и размазанной помадой я, наверное, походила на Джокера12 со стороны. Весьма не сексуального Джокера, нужно признать. – Ты решил воспользоваться тем, что я пьяная и заняться со мной сексом? – я игриво подвигала бровями. Ну, по крайней мере, попыталась сделать это.
– Бэбби, напоминаю: я не занимаюсь сексом с полумертвыми телами. А тебе нужно проспаться. Не могу же я отпустить тебя ночью одну в таком состоянии.
11
Вельзевул – в христианской религии – один из злых духов, подручный дьявола (довольно часто отождествляется с ним наряду с Люцифером).