— Макэлрой, я его взял, он серьезно ранен, живо зови сюда медиков. Я в пятом зале кинотеатра.
Захлебываясь кашлем, Эндрю пробормотал:
— Я думал, что получу Брюса Уиллиса, а мне достался долбаный Киану Ривз, твою мать.[65]
Турбулентный поток с силой тряхнул вертолет WFF вправо, и только мастерство капитана Тома, пусть и несколько поблекшее, позволило ему удержаться в воздухе.
— Черт бы тебя побрал! — выругался Том.
Это был тот самый вертолет компании POP, который пронесся мимо всего в каких-нибудь дюймах, снижаясь к крыше комплекса.
Оба телеоператора также выругались; близкое дуновение смерти оставило особенно неприятный привкус во рту и сознании, поскольку опасность, казалось, уже осталась позади. Одна только Никки проводила взглядом маленькую винтокрылую машину, которая спикировала на крышу, уменьшаясь в размерах.
— Том, — сказала Никки, — что это был за вертолет? Я не знаю такой тип.
— Он пролетел мимо так быстро, что я не успел хорошенько рассмотреть. По-моему, это была «Алуэтт», французская «пташка», такие используют для обработки полей удобрениями…
— А такие применяются на телевидении?
— Знаешь, вот ты заговорила об этом, и я что-то не припомню…
Никки увидела, как маленький, проворный вертолет опустился на крышу рядом с чем-то, напоминающим сарай с дверью.
— Это террористы, — вдруг сказала Никки. — Никакие это не телевизионщики. Вертолет прилетел, чтобы помочь кому-то смыться.
Мгновение тишины, несмотря на нарастающее крещендо шума, врывающегося со всех сторон, и турбулентных волн, хлещущих в открытые двери. Что делать, что делать?
Никки догадалась первой:
— Спустись и зависни над ним. Не дай ему подняться в воздух. Мы должны его остановить. И нужно связаться с «полтинником». Пусть сюда поспешит полиция. Ну а вы, ребята, включайте свои камеры, черт бы вас побрал!
Вспомнив Вьетнам, быстрое приземление под неприятельским огнем, капитан Том выжал до отказа ручку мощности, повышая до предела обороты несущего винта, и здоровенный «Белл» в крутом пике устремился на свою добычу.
Вертолет опустился на крышу в двадцати пяти шагах, своим несущим винтом нагоняя воздух волнами, подобно океанскому прибою, и имам шагнул им навстречу, ощутил полную их силу, отступил назад, пригнулся, сосредоточился и, собравшись с духом, начал короткую перебежку к открывшемуся люку.
Винтокрылая машина внешне напоминала огромное механическое насекомое: пузырь стекла кабины изображал выпученные глаза, изящные лыжи выступали в роли сложенных лапок, хрупкий, похожий на трубку хвост заменял туловище, а вращающиеся лопасти своим мельтешением представляли трепещущие крылья. Подбежав к вертолету, имам увидел Хаджи, машущего ему рукой, воспользовался лыжей как подножкой и, подтянувшись, забрался внутрь и плюхнулся в свободное кресло.
— Хвала Аллаху, он нам помогает! — воскликнул имам, и хотя Хаджи не мог его услышать, он улыбнулся в ответ, крепко стиснул ему запястья, после чего снова развернулся к пульту управления, готовый подняться в воздух.
Однако в это мгновение над ними внезапно зависла чья-то тень. В ужасе посмотрев вверх, имам сквозь стекло кабины увидел другой вертолет, наглухо запечатавший их в тесном гробу воздушного пространства, и этот незваный пришелец, будучи более крупным и более быстрым, мог навязывать свою волю.
— Давай! Давай! — закричал имам. — Ты должен взлететь!
Но пилот второго вертолета ловко маневрировал своей тяжелой машиной, и стоило Хаджи сдвинуться вперед, как его соперник уже оказывался спереди, перекрывая ему дорогу; точно так же происходило и при попытках вильнуть вправо или влево, и имам в ужасе наблюдал, как лицо Хаджи сжимается в отчаянную гримасу затравленного зверя.
— Набирай высоту, он струсит и освободит путь! — завопил имам, не сознавая того, насколько бесполезно и глупо пытаться таранить лыжи другого вертолета лопастями своего собственного несущего винта.
Однако именно это и произошло, сознательно или в результате неловкого маневра, и маленькая «Алуэтт» судорожно вздрогнула, вдребезги разбивая свои лопасти о раскосы лыж под брюхом «Белла», после чего, потеряв равновесие, закружилась, догоняя собственный хвост, и, получив вращательный момент, устремилась по нисходящей спирали навстречу смерти.
Имам закричал, увидев, как широко разверзлась пасть преисподней. Взрыв получился жарким, очень жарким.
— Перестань говорить, — отрезал Рей. — У тебя продырявлены оба легких, ты истекаешь кровью, и я попробую остановить кровотечение. Расслабься, думай о чем-нибудь приятном, скоро сюда подоспеют врачи.