– А нельзя было подождать этого хунгана на улице? – наивно спросила Алиса. – Рано или поздно он вышел бы за хлебом и попался в руки солдатам.
– Трудно не согласиться, мадам, – улыбнулся тонтон-макут. – Но, увы, теперь армию не заставишь подойти к особняку и на пушечный выстрел. Я позвоню ему. Обычно в хунфоры чужеземцев допускают очень редко.
Через пять минут после звонка на улицу вышел седой и толстый негр – примерно лет под шестьдесят, горбатую спину покрывала зеленая хламида, напоминающая плащ испанской инквизиции. Вероятно, его отвлекли от церемонии – в руках он сжимал шар из хрусталя и бутылку, откуда доносился специфический запах. Тонтон-макут с поспешностью сдернул с головы шляпу – его спутники раболепно поклонились хунгану. Однако Принсипе смотрел не на них – выпуклые глаза в красных прожилках уставились на Алису. Взгляд негра обжигал ее сквозь одежду – она сделала шаг назад.
– Медноволосая… – произнес Принсипе таким же хриплым шепотом, как когда-то мертвый профессор Мельников.
Пальцы Каледина сомкнулись вокруг рукояти пистолета. Он незаметно снял оружие с предохранителя.
– Откуда ты знаешь ее?
Принсипе уставился на него, черные губы разрезало усмешкой.
– Глупейший вопрос, – ответил хунган тонким голосом. – Мне ли не знать вас обоих, белый пришелец? Я четко видел ваши лица, когда ко мне приходила Мари-Клер – спросить, что может ей помешать. И я сам, по ее заказу, сделал куклы… Прелесть нашей маленькой страны – все помогают друг другу…
Алиса поперхнулась. Каледина, как ей показалось, эти слова не удивили.
– Да, – произнес он задумчиво. – Парень продумал свой план. Содержание для меня секрет, но очевидно – для его реализации он мог обратиться только к лучшей колдунье на острове. И он ее нашел. Тебе ведь знакомо имя, Принсипе?
– Дай мне еще пять тысяч, – зевнув, сообщил негр. – И я узнаю.
– Однако же, – не сдержался Федор, – замечательно вы здесь устроились! Если ты столько зарабатываешь ежедневно – я тоже хочу стать хунганом.
– А что поделать? – театрально развел руками Принсипе. – Такова доля жрецов вуду. Мы умеем создавать из тел мертвецов машины для убийства, но не в силах сотворить себе на завтрак яичницу с колбасой. Мон ами, плати без раздумий – и ты узнаешь ВСЕ самое вкусное, что хотел. Только не скупись.
Каледин протянул руку Майлову – тот понял жест и вытащил из кармана тугую пачку. Деньги исчезли в складках зеленой хламиды Принсипе.
– Зайдем внутрь, мсье, – осклабился тот. – Супле97, всего на минуту.
Каледин исчез за дверью особняка. Он действительно отсутствовал не более полутора минут, но этот отрезок времени показался Алисе вечностью. Наконец входная дверь хлопнула, как выстрел, на пороге появился Федор. Алиса могла расслабиться – тот шел вовсе не на четвереньках. Прислонившись к стене, Каледин сел на корточки. Он едва успел войти в темное помещение, наполненное шипением сотен змей, как Принсипе, глотнув бензина, дунул струей пламени на шар. Хрусталь пошел трещинами, помутнев от жара – и на нем постепенно, словно рисунок, проявились черты знакомого Федору лица.
Того самого, что он ожидал увидеть.
– Ты узнал имя заказчика? – вырвал его из забытья женский голос. Подойдя вплотную, Алиса шептала, касаясь его уха губами. От прикосновения влажного рта к мочке Федора стиснуло возбуждением – несмотря на усталость от полета и болезненных уколов игл из серебра.
– Конечно, – небрежно ответил Каледин. – Еще в Москве.
– Скажи же мне, – жарко выдохнула Алиса. – Скажи немедленно! Каледин молчал – его сердце тонуло в омуте торжества.
– Ты видела на примере Принсипе, – сообщил он с бытовой скукой. – Любая информация имеет свою цену. И я отнюдь не намерен отдавать ее даром.
Урядник смущенно отвернулся, уловив суть разговора.
– И что же ты хочешь взамен? – прошептала Алиса.
На этот раз к ее уху склонился Каледин. Щеки Алисы вспыхнули краской.
– Животное! – прошипела она. – И только на этом условии?
– Да, – без тени стеснения подтвердил Каледин.