– А ты хочешь, чтоб через пять часов уже и видно было? – изумилась Алиса. – Не все сразу, honey. А пока у меня каприз… давай-ка принеси мне винограда.
– Охренела, что ли? – приподнялся Каледин. – Где ж я тут его возьму?
– Да где хочешь! – на весь цех заорала Алиса. – Я беременная, иди ищи!
Под дробный стук каблуков в цеху появились врачи – в зеленых халатах, контрастировавших с черными лицами, со значками American Hospital105 на груди – двое мужчин и одна женщина. Мужчины везли с собой мобильные носилки. Не задавая Алисе вопросов, они осмотрели рану, опутали пациентку кислородными трубками, что-то вкололи заново и переложили на каталку.
– Приятно снова видеть вас, сэр, – вежливо сказал молодой доктор в дешевых очках. – Сначала вы привезли к нам сэра с горбатым носом, теперь вот эта леди… видимо, к вечеру и вы получите пулю. Куда нам за вами приехать?
– На рынок, – качнул головой Каледин. – Мне виноград надо купить…
…Когда над джунглями сгустились сумерки, на фабрике появились два силуэта с армейскими фонариками в руках. Мари-Клер была одета в кремовое кружевное платье, с мачете за поясом, ее спутник – старый негр с хищной улыбкой – обернул вокруг бедер черную ткань. На шее, свисая к безволосой груди, болтался ангве в виде тарантула. Луч фонаря высветил тело, лежащее на боку в луже крови, – глаза Чичмаркова смотрели на мамбо.
– Он умер не так давно, – сказал негр, обмакнув палец в кровь.
– Да, долго мучился, – безразлично ответила мамбо. – Спасибо, Люкнер. Представляешь, он хотел меня обмануть. Отрезал не свою прядь, а от парика. Он сделан из настоящих волос, и я ничего не заподозрила. Представляю, что чувствовал бы их бедный владелец, начни я колоть иглами его куклу!
– Рад услужить, – склонил подбородок бокор. – Как только белый обратился ко мне, я сразу увидел… вот оно. Мы оба извлечем потрясающую выгоду, осуществим свою мечту. Я не забыл и о твоих маленьких увлечениях. У тебя еще нет головы белого человека. Она украсит славную коллекцию в сарае.
– Да, – осклабилась в темноте Мари-Клер. – Не то что украсит, станет ее жемчужиной. Благодаря доктору я собрала чудесные экземпляры… не хватало только белого – а тут прекрасные каштановые волосы. Шарман, месье. Но ты понимаешь, радуюсь я другому. Сегодня и я, и ты достигли высшей цели – той, о которой мечтал еще покойный доктор. Я осторожно вскрою череп, с любовью достану мозг человека из белых земель и поцелую его, оставив отпечаток губ. Этой же ночью мы приготовим особый порошок, Кереке Гри. Все хунфоры будут умирать от зависти: никто не претворил в реальность этот рецепт. Порошок невидимости. Люкнер, ты этого ждал – и ты это получишь. Окончательно вернешься на остров, больше ни от кого не станешь прятаться, как сейчас. Появишься на улице любого города посреди бела дня, а не под покровом ночи – тебе не грозит ожерелье. Ты и я, мы войдем всюду, в любое жилище, для нас исчезнут запертые двери. Мозг и глаза белого человека, уроженца года Оборотня, в ночь между 28 и 29 февраля… глаза разного цвета – темно-карий и светло-золотистый. Как давно мы искали его! Жаль, что ты не посвятил меня в это откровение сразу… а известил неделю назад. Я уже не та, к которой ты привык, Люкнер. Ясновидение ослабело, вижу выборочно. Я не распознала его в гриме.
Бокор обнял ее за плечи, мутные зрачки трупа блестели при свете фонаря.
– Не стоило возбуждать тебя раньше времени, – усмехнулся тонтон-макут. – Но я был уверен – ты не устоишь перед соблазном. Какая мамбо откажется заполучить голову белого человека? Белолицый был одержим своей мечтой… и я знал – он согласится. Тем более договор честен… он отдает тебе голову только после смерти. Никто не знает, когда он умрет, – в этом и есть частая ошибка белых людей: почти каждый считает, что у него есть завтра.
Мамбо отстегнула от пояса мачете – широкий нож для рубки тростника.
– Ну что ж, он не пришел за заказом. Я имею право забрать свою плату.
Она перерубила шею одним ударом – ловко, без хруста позвонков: пожелтевшие кружева залили темные капли застоявшейся крови.
…Подняв мертвую голову за волосы, мамбо расхохоталась.
«…В честь предстоящей царской свадьбы государь император и его будущая супруга Евфросинья Дмитриевна записали дуэтом песню – рекомендацию губернаторам для действий в кризис: „Не верь, не бойся, не проси“. Как и следовало ожидать, это спровоцировало волну подражаний со стороны ведущих политиков. Лидер либеральных демократов в Госдуме, полковник Кабановский, дебютировал с хитом „Я ласковый мерзавец“, а оппозиционер Эдвард Цитрусофф выпустил ремикс сингла Erasure „Как я люблю ненавидеть тебя“. В Интернет „слилась“ кавер-версия „Наутилус Помпилиус“ с намеком на правление двух императоров – „Негодяй и ангел“. Ее происхождение источники в Кремле приписывают самому цезарю, исказившему голос с помощью синтезатора. Следует заметить, что творчество „Наутилуса“ смогло воодушевить и лондонского изгнанника Платона Ивушкина. Не прошло двух недель, как тот спел в прямом эфире „Би-би-си Unplugged“ акустическое обращение к августу – „Я придумал тебя – от нечего делать, во время дождя“. Партия „Царь-батюшка“, заперевшись в студии с Леонтием Михайловым и симфоническим оркестром, приступила к аранжировке песни „Необыкновенный“, посвященной мудрому правлению императора:
105
Ввиду полного отсутствия официальной медицины на Гаити лучшие врачи в республике работают в особых клиниках под патронажем США – там лечат дипломатов и персонал и офицеров из контингента ООН.