— Пора. — сказал перерожденный и поднялся на ноги. — Я отправлюсь дальше в лес, а ты возвращайся на тропу и держись юга на протяжении всего пути.
Эльф подошел к человеку.
— Фаргон, а может ты, всё-таки, возьмешь меня с собой? М? Ведь мне идти одному неделю, если не больше…
— Я должен найти и уничтожить «последнего из истинных» до того, как он опустошит Северные земли. — возразил ему человек. Перерожденный надел капюшон. — Прости Сэнтиел, но тебе придется идти одному.
Эльф с досадой смотрел костер и понимал, что не может насильно навязываться Фаргону в попутчики. Он глубоко вздохнул и в отчаянии произнес:
— Надеюсь, твоя миссия завершится успехом и Черный оплот остановит все это безумие…
— Остановит. — сказал ему Фаргон. — У нас нет другого выбора, поэтому мы будем биться. Сражаться с проклятием Акхинала до последнего вздоха и бросим все силы на то, чтобы спасти наши города и народы. А теперь, если ты позволишь, я должен идти.
— Удачи тебе, перерожденный. — Сэнтиел присел к тлеющему костру и с досадой протянул к нему ладони.
— Береги себя. — сказал ему Фаргон и направился на восток.
Он бежал сквозь густой и холодный лес. Туман медленно стал отступать, а чаща наполнилась пением птиц. Фаргон мчался словно ветер, держа путь к хижине Эйрина. Голод постепенно истощал его силы, а слабость вселялась в уставшее тело. Перерожденный чувствовал, как символы на его груди начинали гореть. Он старался бежать быстрее, но ноги не слушались. В голове его стали появляться странные мысли:
— В конце концов, все не так уж и плохо. — подумал он. — Ну, захватили вампиры Рофданхем с Дунгорадом. Ну и что? Элвенстед им уж точно не взять ни силой, ни хитростью. Может пора остановиться? Закончить это все… Да и жажда… Какой мне интерес в спасении Северных земель? Что лично я получу от этого? Обратись я в конец вампиром — смерть мне не станет угрозой. Зачем эти бесполезные потуги…?
И тут, он начал думать совсем о другом:
— Сарэн… Свэн. Если бы они слышали мои мысли… Если бы они донеслись до Фелиции. Вампиры забрали моих друзей. Забрали у меня жизнь. Они отобрали мой родной дом, и убили мою любовь… Привели к гибели отца и послужили причиной моего изгнания… Я не могу есть, не могу выспаться, не могу наслаждаться жизнью и вот-вот наступив на хвост той самой змеи я начинаю думать о том, чтобы остановить охоту… В бездну такие мысли! — возразил он сам себе. — Я уничтожу «последнего из истинных»! Я верну замок Рофданхема! Я отплачу кровью за смерть Сарэна, Свэна, Фелиции и всех остальных! Придержи свою пасть, Акхинал… Я несу тебе новые души!
С этими мыслями Фаргон побежал так быстро и стремительно, что ветер позади него вихрем сносил молодые деревья и лесные растения. Будто обнаружив в себе новые силы, человеку открылось второе дыхание. Он с усиленной жаждой захотел положить конец вампирской чуме. Словно шторм, он мчался к хижине Эйрина и вскоре оказался возле неё. Хозяина дома не оказалось. Фаргон подошел к камину: тот все ещё испускал тепло.
— Эйрин где-то в окрестностях. — подумал перерожденный. Он присел на кресло и принялся ждать. Спустя полтора часа дверь в хижину открылась и ученый предстал пред его взором:
Эйрин увидел Фаргона и от неожиданности уронил поленья на пол.
— Свет Рогареса! Ты цел! — хозяин хижины подбежал к гостю и расторопно присел рядом с ним. — Тебя не было целый месяц, я жутко беспокоился! — Эйрин оброс неуклюжей бородой и собрал без того длинные волосы в хвост. — Тебе удалось найти рунный свиток?
— Да. — Фаргон достал кожаную сумку с плеча и положил её на стол. Эйрин вытащил расписанный рунными чернилами пергамент и раскрыв его в своих руках, принялся изучать рисунок.
— Так… понятно. — он свернул свиток и взглянул на Фаргона. — Что ещё ты сумел выяснить?
— Вампиры зовут «последнего из истинных» — «Владыкой». — перерожденный снял капюшон и на миг оскалился. — Ему удалось собрать «Драгонклау» воедино…
Эйрин отшатнулся и с ужасом посмотрел на Фаргона.
— Как это произошло?! В прочем… — он замахал руками. — Уже не важно! Что ты будешь делать теперь?