— Так значит, слухи о «перерожденных» — и вовсе не слухи! Удивительно! — сказал он с крайним изумлением. Эйрин раскрыл письмо и прочитав послание, поднялся со стула, направившись к железной двери. Он открыл её и спустился в помещение подвала.
— Идем. — дворф лениво поднялся с дивана и последовал за человеком. Остальные пошли за ним, а помощник хозяина так и остался сидеть на месте: эльф увлеченно мешал шоколадную плитку в стакане с горячим какао.
Все вместе они очутились в тесной, прохладной комнате, освещённой факелом, лежащим в стойке стены. Удивлению воинов Черного оплота не было предела: без того маленький подвал оказался с ног до головы обставлен тонкими книжными полками с сотней разнообразных книг, свитков и писаний. На стене у письменного стола был приклеен широкий пергамент с рисунком вампирской головы: в разрезе, вдоль и в профиль. В комнате пахло затхлыми чернилами и сыростью. Эйрин стоял у книжной полки и что-то искал. Затем, взяв писание в белом, кожаном переплете, повернулся с ним к перерожденному. — Фаргон, ты должен это услышать! — Человек бодро листал страницы одну за другой, пока наконец не нашел между ними маленький, скомканный пергамент с иссохшими чернилами:
— Вот! — он откашлялся и начал читать:
— Последний из первых… Трон… Что все это значит? — спросил Мейхем.
— Сложно дать определенный ответ. — Эйрин отдал пергамент Фаргону и присел на стул. — Я могу лишь сказать, что часть пророчества уже сбылась и появился первый перерожденный. Драгонклау, о котором вы говорили. — начал он, но вдруг задумался… Эйрин снова встал и открыв один из ящиков письменного стола, достал красную книгу, бросив её на стол. От удара тяжелого предмета поднялась пыль. Он снова присел, оттряхнул рукопись и начал листать. Фаргон перечитал стих и обратился к Эйрину:
— Откуда это? — спросил он.
— Ох! Много лет назад, мой отец купил дом у потомка одного из «перерожденных», вместе со всей утварью, что была в нем. Писание оказалось внутри, среди старых тетрадей и чахлых бумаг. — он продолжал листать книгу. — Последний из истинных, или как здесь написано: последний из первых. Думаю, что разницы нет. Видимо, речь идет о самом раннем клане вампиров. Том, что владел Рофданхемом около пятидесяти лет назад…
— Это невозможно. — возразил ему Мейхем. — Нираниир был найден мертвым.
— Стало быть, не все вампиры из рода Рофданхема мертвы. — предположил Бернлейн.
— И что это за «Драгонклау»? — спросил Мартин.
— Да-да! Секунду… — Эйрин листал страницы. — Вот! — сказал он восторженным голосом. — По легенде, Драгонклау — это артефакт, который был дарован первому вампиру Северных земель, то есть: Ниранииру, самим богом тьмы — Акхиналом.
— По какой ещё легенде? — спросил дворф.
— Одной из тех сотен, что разносятся из уст в уста. — ответил ему человек.
— Давайте проясним ситуацию. — предложил О’Рин. — И так, вот что мы имеем: чокнутого обращенного, решившего вернуть себе власть своего рода; мифические артефакты, которые, судя по всему, разбросаны по просторам Пантаки. И Чертоги воителя, о которых я свет ни слышал.
— А вот здесь бы, я не торопился… — сказал Эйрин и удивил наемника. — Чертоги воителя — бандитский лагерь, скрытый в горах на северо-востоке отсюда.
— То есть, вампиры Гром’Кама привезли артефакт в Талые льды и держат его у нас под носом? — решил уточнить Мартин.
— Что тебе известно о Чертогах воителя? — спросил у Эйрина Фаргон.